Мой бесстрашный герцог

А сейчас, когда он помогал ей раздеваться, желание стало просто невыносимым… А Николь вдруг заявила, что ей, видите ли, нужно время. Она, видите ли, должна привыкнуть к мысли, что будет спать с ним в одной постели.

Ужасная женщина! И ведь все это – ее идея! Он-то был готов никогда к ней больше не прикасаться. Но она попросила ребенка и…

Марк в несколько шагов преодолел коридор и сбежал вниз по лестнице. В гостинице должен быть гамак. Не может не быть. Он заплатит за него и заберет с собой на корабль. А как объяснить потребность в гамаке, если он делит комнату со своей женой, – это другой вопрос.

Часом позже, получив гамак и выпив две большие кружки эля, Марк вернулся в комнату. Николь лежала в постели.

Она подняла голову, взглянула на узел из толстых веревок, который муж сжимал под мышкой, и спросила:

– Нашел гамак, да? – Ее лицо выражало такое облегчение, что Марк разозлился.

– Нашел. – Он швырнул гамак на пол, наклонился, развернул его и повесил на крюки, которые еще раньше заметил на одной из потолочных балок.

– Спокойной ночи, – проговорила Николь.

Марк стиснул зубы. Интересно, у него разыгралось воображение – или в ее голосе действительно прозвучала насмешка?

– Спокойной ночи! – рыкнул он. И отвернулся. Что ж, счет один – ноль в пользу его коварной жены.

Глава 17

На следующее утро Николь проснулась в пустой комнате. Гамака не было. Марка и его вещей – тоже.

Николь достала из сундука одно из дорожных платьев и позвала гостиничную служанку, чтобы та помогла ей с корсетом. Одевшись, она поспешила вниз. Как выяснилось, Марк сидел за столом и завтракал.

– Долго спите, миссис Гримальди, – сказал он, широко улыбнувшись.

Николь остановилась и скрестила руки на груди.

– Я думала, ты меня подождешь.

– Так я и жду. Хочешь позавтракать перед отъездом?

– Да, конечно. – Подхватив юбки, Николь уселась на скамью перед столом, за которым завтракал муж.

Марк заказал ей завтрак и велел хозяину гостиницы передать кучеру, чтобы тот отнес сундук Николь в экипаж. Пока она ела, Марк, ухмыляясь, рассматривал ее.

Не выдержав, она спросила:

– Почему ты на меня так пристально смотришь?

– Разве это называется «пристально»?

– Я бы сказала, что да.

– Ты очень красивая, Николь.