Мое жестокое счастье, или Принцессы тоже плачут

В машине с ней были телохранитель Боксер и водитель Саня, рядом стояла еще одна тачка, в ней еще четверо охранников. Это Алена считала совершенно лишним, но Гришка даже слышать не хотел:

– Я сказал, и так будет!

Спорить бесполезно. Боксер следовал за ней всюду, даже до туалета провожал, и Алена за полтора месяца привыкла к нему: он был спокойный и серьезный, лишнего не говорил и не делал.

«О, а вот и Алимов пожаловал, надо же!»

Алена вышла из «крузера» и направилась к двери загса, сопровождаемая Боксером.

– Аленка?! – ахнул муж, пытаясь дотронуться до нее и тут же остановленный рукой Боксера. – Кто это?

– Боксер, – спокойно ответила она.

– Что происходит? Ты как-то изменилась, – раздраженно сказал Вадим, оглядывая ее. – Откуда это все?

– Это неважно.

– Я это уже слышал. Ты что – спишь с кем-то? Смотрю, за это тебе неплохо платят.

– Это уже не твое дело, Вадим. Идем, нас ждут.

– А если я не хочу?

– Тогда у тебя проблемы, – пожала плечами Алена. – Боксер, конечно, тебя убедит, но мне бы этого не хотелось.

Алимов тоже решил не рисковать, молча осилил пятиминутную процедуру развода и только в самом конце бросил:

– Надеюсь, гулять по кобелям ты будешь под своей фамилией? Шевцова, а не Алимова?

– Не волнуйся, я выхожу замуж.

– Быстренько обернулась! – оценил Вадим. – Всегда ты дешевкой была, Аленка, все искала, кому бы дать повыгоднее, вот и пристроилась. Что, небедный фраер попался?

– Он не фраер. А ты дурак, Вадик, если так ничего и не понял. Слава богу, что больше я тебя не увижу! Прощай.

И Алена села в «крузер», достав сигарету и глубоко затягиваясь.

– Алена Сергеевна, не обращайте внимания – каждому уроду не докажешь, что он урод.

– Я и не собираюсь.

– Тогда – хвост морковкой?

– Да, – засмеялась Алена. – Что, на полигон поедем?

Уже вторую неделю они ездили на полигон за городом, где была трасса экстремального вождения, и Боксер учил Алену водить машину, заставляя выделывать при этом такие трюки, что у нее голова шла кругом.