Мне нельзя тебя любить

Уже стемнело, половина фонарей в городе не горит. Под толстым слоем снега разбитые тротуары. А каждое утро тысячи жителей Печорска идут с несчастными лицами на работу.

Работу, которую дал им Быстрицкий.

Его любят. Его боготворят. Но правда такова, что вся работа, которую Быстрицкий создал для жителей города, делает их несчастными. Они не хотят идти на завод и становиться у станка. Они не хотят идти в магазины и раскладывать продукты на полки. Они не хотят садиться за руль такси «Быстро» и ездить по вызовам.

Печорск — это город глубоко несчастных людей. И да, они хотели бы для себя другой жизни. Свободной и независимой. Жизни с глянцевой обложки.

Интересно, а сам Лев счастлив? Или он такой же, как и все остальные триста тысяч населения?

Стал бы счастливый мужчина изменять своей жене?

— Остальных трех кандидатов помимо Быстрицкого, — мои размышления прерывает голос политтехнолога, — можно даже не брать в расчет. Там два местных депутата и один бывший глава муниципалитета. Они лишь видимость альтернативы Быстрицкому.

Разворачиваюсь корпусом к Мельникову.

— Как вы планируете мочить Быстрицкого?

— Еще не думали об этом. Надо что-то на него нарыть.

— Он изменяет своей жене, — произношу пылко.

Политтехнолог удивленно хлопает глазами.

— Точно?

— Да.

— Откуда вы знаете?

— От достоверного источника, — решаю не говорить правду.

— Если это так, то замечательно, — Мельников загорелся энтузиазмом. — Его образ примерного семьянина мы разобьем в пух и прах.

— Подумайте.

— Так, и насчет завтрашнего дня. Спичрайтер подготовил вам речь, — Мельников переводит тему.

Шумно выдыхаю. Центральная избирательная комиссия закрыла прием заявок от желающих пойти на выборы мэра. Завтра все зарегистрированные кандидаты предстанут перед горожанами на центральной площади. Нужно будет презентовать себя перед людьми, сказав короткую речь в микрофон.

Это будет мой первый выход в свет как кандидата на выборы мэра.

Глава 10.

Ирина

— Все готово, — объявляет визажист и разворачивает меня к зеркалу.

На моем лице едва заметный нюдовый макияж, волосы собраны в ракушку. Я сижу в так называемой гримерке, выделенной мне в Доме культуры Печорска. Через полчаса нужно выходить на сцену на улице и представлять себя жителям города. Мороз где-то в районе минус двадцати, а люди уже собираются на площади.

— Спасибо.