Чехов. Книга 11. Трофей некроманта

Распорядительница оказалась рядом с нами. Она поставила в центр стола тяжелую доску, на которой лежали крупные ломти пирога, а затем наполнила для Морозова чашку густым настоем.

— Спасибо, дорогая, — уважительно кивнул ей старик. — Проследи, чтобы нам не мешали.

— Конечно…

Девушка поклонилась и ушла. Я проводил ее взглядом и не понял, в какой момент фигура словно растаяла в темноте дальнего угла.

— В таких местах принято проводить переговоры, — поделился Морозов. — Иногда нужно, чтобы никто не смог подслушать важную беседу.

— И кто же помешает злодеям? — я посмотрел в сторону, где скрылась Полина.

— Вы все правильно поняли, Полина не просто управляет этим местом. Она хозяйка этого заведения, и без ее ведома здесь с вами не случиться никакой беды. Таких, как она, называют нечистью. Не очень красивое слово, но оно емкое. Означает оно тех, кого люди обычно боятся и обходят стороной. Человеки боятся того, с чем не могут совладать. Опасаются тех, кого не могут убить…

— А Полина — бессмертная? — спросил я, надеясь, что мой голос не дрогнул.

— Ее сложно убить, но возможно. Вот только глупые люди не понимают, что нечисть — неотъемлемая часть мира. Высшие существа хранят в себе магию. И когда нечисть покидает мир, то из него уходит сила.

— Такое возможно? — насторожился я.

— Представьте себе мир, в котором люди не обладают талантами, не способны управлять стихиями. Вокруг живут обычные люди, для которых огневик — это существо из сказки.

Я удивленно поднял бровь:

— Неужели есть такие миры? И в них живут сплошь простолюдины? — я сделал глоток чая, невольно зажмурившись от удовольствия.

— Как можно назвать это жизнью? — с горечью спросил старик. — Просто существование, в котором нет места чуду… Представьте покалеченную птицу, которая продолжают помнить о том, что когда-то у них были крылья. Она видит небо, ощущает ветер, но никогда не поднимется над землей, не ощутит радость полета.

— Вы говорите так, словно бывали в таком мире, — предположил я.

— Я долгое время провел в месте, которое похуже тюрьмы, Павел Филиппович, — мрачно ответил Морозов. — Меня лишили возможности управлять своим талантом. И я не хочу, чтобы весь этот мир однажды стал таким же, как моя маленькая бетонная камера. Миру нужно равновесие. Чтобы рядом с нами жили другие создания без страха быть убитыми. Многие из них помнят, что такое, когда крестьяне идут на них с факелами и вилами.