Мне ее нельзя (СИ)

Ладно, хотя бы в этом мы с ней сходимся во мнениях. О произошедшем нельзя знать ни одной живой душе! Это уйдёт со мной в могилу. И, судя по тому, какая у меня сейчас тахикардия, ждать уже недолго осталось.

Чайник кипит, и бульканье воды нарушает сгустившуюся зловещую тишину.

— Я внезапно вернулась… — гулко произносит сестра. — Мы с мамой поссорились, я никого не предупредила и приехала, хотела сделать сюрприз своему парню…

— Парню, ага, — в голове новая вспышка. Помню, как она плакала там, в ванной, страдала по какому-то долбоёбу, а я пообещал себе, что непременно сделаю так, чтобы она его забыла.

— В общем, сюрприз не удался… — Полина вздыхает. — Меня не должно было быть на той вечеринке!

Молча оборачиваюсь.

Да и меня там быть не должно было. Хотел, ведь, сразу уехать, как только понял, что Артёма там не будет. Твою ж мать… какого хрена я остался?!

Хотя, от мыслей о том, что в противном случае Полину бы поимел Гера, к горлу подкатывает тошнота… Прикрываю глаза и тру переносицу.

Достаю с верхней полки мятный чай. Беру кружку и кидаю туда пакетик. Потом заливаю кипятком и ставлю перед ней. Наконец, нахожу в себе силы снова на неё посмотреть.

Хрупкая, потерянная… Даже без грамма косметики охрененно милая! Большие грустные глаза смотрят на меня со страданием.

— Надо это просто забыть, — цежу сквозь зубы.

В её голубых глазах мелькает какое-то непонятное чувство. Пухлые губки сжимаются в плотную линию.

— Забыл, значит? — спрашивает дрожащим голосом.

— Забыл, — отвечаю уверенно. — Ничего сложного!

— Вот так просто?

— Вот так, — щёлкаю пальцами в воздухе. — Всё, считай, ничего не было!

Полина смотрит на меня испепеляющим взглядом, а потом резко отодвигает от себя кружку, расплёскивая чай.

— Сам пей свой чай дурацкий! — выпаливает и расправляет плечи. — Я спать!

Вихрь золотых волос ударяет меня по лицу, когда она резко разворачивается ко мне спиной. По привычке взгляд опускается на её задницу, которая скрыта под крошечными шёлковыми шортиками. Пипец… лучше бы я туда не смотрел!

В груди вспыхивает адский огонь, и я тушу его, быстро отхлёбывая кипяток из чашки. Горячая жидкость отрезвляет, и я быстро перевожу взгляд в потолок.