Мне ее нельзя (СИ)

Теперь, когда во мне добрых поллитра джина, выбираться обратно через окно не так-то просто!

— Блядь! — реву, когда нога цепляется за какой-то сук, и я валюсь прямо на газон.

Артём смотрит на мои потуги в окно спальни и ржёт.

— Иди в жопу… — советую ему я и встаю, отряхиваясь.

Ноги заплетаются. Дом отца находится на соседней улице этого пригородного коттеджного посёлка для местной элиты. Но по сравнению с особняком матери в пригороде Лондона, это место просто помойка.

Вспоминать ней я не люблю. Мать просто выкинула меня из своей жизни, видимо, посчитав, что раз уж я веду себя как дерьмо, то хотя бы отравлять её существование больше не буду. Отправила к отцу в Москву якобы учиться. Сперва меня это бесило, но потом привык.

Заплетающиеся ноги доносят меня до нужного дома на автопилоте. Снова жду, пока охрана откроет ворота, а потом похожу на территорию. Отца сегодня нет. Это хорошо, а то опять бы начал доёбываться, почему я являюсь среди ночи пьяный.

Мачеху и сестру, которая на два года меня младше, я видел всего раз в жизни десять лет назад. Про мачеху ничего особенного не запомнил, а вот про сестрицу… Бля… Кажется, она сжирала все торты, что были на столе! Забитая, круглая как бочка и до скрежета зубов правильная! Душнила, короче.

Не с первого раза попадаю ключом в замочную скважину. Перед глазами плывёт, и я мечтаю только о том, чтобы поскорее провалиться в беспамятство на своей кровати.

Поднимаюсь на второй этаж, не включая свет. Открываю дверь и быстро стаскиваю с себя шмотки Тёмы.

Подхожу к кровати и только в этот момент замечаю на ней какой-то силуэт. Что за нахуй? Может, спьяну показалось?

Наклоняюсь к тумбочке и включаю ночник.

Сердце замедляет своё биение… Нет, столько бухать явно вредно для мозгов!

— Какого хера… — ошалело бормочу, протирая глаза.