Мне ее нельзя (СИ)

Я чувствовала его порочную одержимость мною, и в какой-то момент она передалась и мне. Не помню тот момент, когда унижение переросло в такое неконтролируемое возбуждение, что даже через боль и слёзы моя киска сладко пульсировала в ответ на его грубые прикосновения.

Кажется, мы оба сошли с ума. Потому что в тот момент, когда его палец двигается во мне, я чуть ли не кончаю. Складки хлюпают от обилия смазки, и я закусываю губы, лишь бы не сорваться на стоны.

Бешеная острота прокатывает по телу, а уже в следующий момент Даня упирает мне между ног кое-что более твёрдое.

Снова рвусь, пытаясь выбраться из-под его мощного тела. Но Даня хватает меня за волосы. Зарывается в них влажными от моих соков пальцами и тянет голову на себя, заставляя прогнуться в пояснице.

— Я так безумно хочу тебя сестрёнка… — его голос низкий, хриплый и почти сумасшедший. — Ты, ведь, тоже хочешь меня?

Он откидывает в сторону волосы с шеи, ласкает кожу языком, а потом прикусывает это место, заставляя меня взвиться от резкой боли.

Даня зарывается носом в моих волосах, делая глубокие вдохи, будто не может мною надышаться. Его член вдавливается в мои мокрые складки. Двигает по ним, покрываясь смазкой, а потом…

— Ты моя… — рычит на ухо, и я пугаюсь звука его голоса. Потому что в этот момент он похож на неконтролирующего себя пациента психбольницы. — Моя навсегда!

Он присасывается к моей шее. Такой поцелуй явно оставит после себя засос… Но сейчас мне плевать на это.

Колочу ногами по кровати, но Даня будто сильнее звереет от моего сопротивления. Трётся о складки, заставляя глаза закатываться от острого как ток удовольствия.

Ненавижу себя в этот момент! Никогда не прощу себя за эту слабость! Я не должна снова поддаваться ему! Это, ведь, он опоён возбудителем, а не я! В прошлый раз у меня, хотя бы, была причина для оправдания, но сейчас… я просто понимаю, что поймана им.

Даня двигает бёдрами, сильнее наваливаясь на меня. Поминает, не давая сопротивляться.

От его жара и близости у меня начинает сильнее кружиться голова. Сжимаю ладони в кулаки так крепко, что ногти вонзаются в кожу.

— Как же я мечтал трахнуть тебя, — его пьяный шёпот не даёт забыться.