Миссия доброй воли

«Жаль, что Хийар не видит этого», – подумал Эрик, и тут же мгновенная вспышка пронеслась в его сознании: вижу!.. смотрю твоими глазами!.. вижу, родич!.. Он глубоко вздохнул и стиснул виски ладонями; кажется, там, в пещере, спящий пошевелился и начал пробуждаться от многолетнего забвения.

Полет пламенных сгустков замедлился, огненные следы растаяли в воздухе, ровная шеренга темных точек перечеркнула небеса. Корабли мчались к поверхности планеты, не извергая плазмы и лазерных лучей, не разрушая того, что еще осталось на Пыльном Дьяволе.

Вопли Шаххаш’пихи смолкли, его рот приоткрылся.

– Это что?.. – проскрежетал он. – Что?..

– Боевые корабли, – отозвался Чагра’шари. Молодой тэд уже не выглядел встревоженным; теперь его голос был абсолютно спокоен, точно с неба падала не армада смертоносных машин, а мыльные пузырики. Он повторил: – Боевые корабли, пха. Теперь ты доволен?

– Я не тебя спрашиваю, его! – рявкнул Шаххаш’пихи, ткнув в Эрика пальцем.

Эрик отодвинулся на пару шагов и пожал плечами:

– Ты ведь хотел встретиться с Владыками, так? Ну, вот они, принимай гостей... Владыки Пустоты, мои братья!

Лицо хаптора потемнело еще сильнее, став почти черным. Он в бешенстве оскалился, всплеск ярости ударил Эрика, будто многотонный молот. Этот переход от торжества и довольства к неистовому гневу был резок и внезапен, как если бы в чьих-то руках с треском сломалась сухая ветка.

Не спуская глаз с Эрика, он потянул из ножен клинок.

– Твои сородичи... твое безрогое волосатое племя... Вот кого ты вызвал, ничтожный щенок! Скоро они будут здесь, но мне хватит времени... хватит, чтобы содрать с тебя кожу, Рирех, и вскрыть твое чрево. Они прилетят и увидят, как я топчусь в твоих кишках... Это их позабавит, верно?

Эрик промолчал. Его взгляд метался по песку в поисках подходящего обломка.

Корабли падали с неба. «Скорее! – взмолился Эрик. – Скорее, скорее!»

Шаххаш’пихи шагнул к нему, сжимая клинок:

– Между нами Ритуал, но все-таки я сам убью тебя, Рирех. Сожалею, что времени мало... Твоя смерть будет быстрой, но нелегкой.

Камень! Полузасыпанный песком, камень лежал у подножия белого сокола. Эрик ринулся к нему. Шаххаш’пихи прыгнул следом.