Миллионер на выданье

Терпеть не могу болеть и беспомощность. В девять, не рано?"

"- Не рано, я же не на курорте, а на работе. Потом, я люблю готовить. Кроме яблочных бутербродов, что еще хотите на завтрак?

- Что сама решишь, то и приготовь, - улыбнулась женщина.

- Полегче, посытнее?

- Можно посытнее.

- Хорошо. Доброй ночи, Светлана Дмитриевна!

- Ириш, ты дверь входную запри на ночь. У нас тут, конечно, тихо, соседи все – очень приличные люди, особенно, если трезвые. А на въезде в поселок охрана, да и собака есть, но, все равно – лучше на ночь закрыться.

Девушка вернулась на кухню, не спеша, убрала все, сжалилась над скромно сидящей у стенки и пускающей слюни Аришей – выделила ей по печеньке каждого вида.

Собака угощение взяла аккуратно, а потом – хрум, амк и все – снова горящие голодные глаза.

- Ты бы, хоть пожевала, что ли, - попеняла доберманше Ирина. – Проглотила, даже распробовать не успела.

Пока собака делала важные дела в дальнем углу,  Ирина снова ударилась в размышления. Попутно отметила, что собака топчется на единственном участке без травы.  Видимо, это собачий туалет, Ариша сразу туда и  направилась. Все-таки, здорово она обучена, или самая такая умная?

И тут оглушительно зазвонил телефон. Дисплей высветил – «мама». Господи, в такое время…

- Да? Мама, что-то случилось?

- Здравствуй, дочь, -  скорбным голосом ответила Марина Геннадьевна.

- Мама, что дома? Папа? Мишка?

- Приезжай и сама посмотри.

- Я не могу приехать. Скажи, у вас все в порядке? Так поздно уже, увидела звонок и испугалась.

- У нас всё в порядке, не считая того, что дочь устроила родителям бойкот. У папы давление, ты же знаешь! Ему вредно волноваться! Бери такси и приезжай, нам давно надо нормально поговорить.

- Мама, я не могу приехать, я на работе!

- На какой работе? – растерялась родительница. – Ира, ты на часы смотрела? Какая может быть в это время работа?

- Обычная работа. Меня всего на двое суток взяли, у директора постоянная работница руку сломала. Вот, теперь ее замещаю.

- Ира! Немедленно говори адрес, я сама за тобой приеду. Нет, мы вместе с папой приедем! – в голосе матери прорезались панические нотки.