Межсезонье

Сразу онемели пальцы…

— Даже так? — Бесноватый присмотрелся ко мне повнимательней. — Кто ты, брат?..

Я попытался ответить. Ответить на языке, которого не знал. И только в самый последний момент сумел прикусить язык. Заточенный внутри меня бес взвыл в бессильной ярости и рванулся на свободу, но на сей раз я удерживать его не стал. Наоборот, собрал все оставшиеся силы в кулак и выкинул нечистого вон.

Но не просто из себя. Ожидавший ответа крепыш рывок прозевал, и моя ладонь ударила его в грудь. От несильного вроде толчка дядьку отшвырнуло шагов на двадцать.

Снеся хлипкий заборчик палисадника, бесноватый со всего размаху врезался в стену особняка. Врезался, отскочил, рванулся ко мне — и тут его накрыло."

"Движения вмиг потеряли плавность, стали дергаными, будто у попавшей в ловчую сеть птицы. Оказавшиеся запертыми в одном теле бесы сцепились друг с другом в жуткой схватке. Не было криков, воя, вырванных собственными пальцами глаз и откушенного языка — ничего из обычных проделок бесноватых.

Но когда через несколько мгновений тело рухнуло на землю, жизни в нем оставалось не больше, чем в могильном прахе. Седые волосы, высохшая и потрескавшаяся кожа, жутковатый оскал перекошенного судорогой рта.

И никакого следа потустороннего присутствия — не сумевшие поделить тело бесы зашли слишком далеко и уничтожили друг друга.

Но все это я уловил только краем сознания. Со мной и самим творилось нечто непонятное, и обвисшие, будто плети, руки были наименьшей из проблем.

Внезапно возникло ощущение, что вместе с бесом ушла едва ли не половина жизненных сил. Словно слишком спешивший хирург не стал разбираться и вместе с опухолью откромсал скальпелем добрый кусок здоровой плоти. И прямо сейчас в открытую рану утекают воспоминания, эмоции и желания. Вся моя жизнь. А ее место заполняет пугающе-безликая пустота. Серая хмарь. Ничто.

Что происходит?!

Неужели я настолько сросся с бесом?

А вот и тьма пожаловала…

6

Очнулся я от тряски, растревожившей и без того нывшую правую кисть.

Карета по колдобинам скачет? Так и есть.

А с рукой что? Отлежал? Нет, непохоже…

О Святые!

Воспоминания навалились разом: короткая схватка, изгнание беса, видения…

Когда очнулся второй раз, в голове немного прояснилось, и я обратил внимание на доносившийся, будто через толщу воды, разговор.

— Сколько? Сколько, я тебя спрашиваю? — рычал Джек, хорошенько прикладывая связанного зятя покойного барона головой о дверцу кареты.