Между прошлым и будущим 1943-1944 (СИ)

- Обеспокоенно пробормотал оберст – А может сказать майору Шварцу?- Предложил оберст

- Майор Шварц ее может убрать в концлагерь, а вы понимаете, что ее там ждет!- ВАйс и сам не понял, как сказал.

- Дорогой Вайс вы сами только что говорили что надо уничтожить всех русских- Усмехнулся Оберст

- Не к русским а к Вальтеру- Нашелся Вайс – Я боюсь, что обейр лейтенант впадет в депрессию если мы заберем его игрушку."

"– У солдата игрушка пистолет , а не кукла – Холодно констатировал факт оберст, он наблюдал за Вальтером и Гретой.

А Грета смотрела на Вальтера и вдруг ей показалось , что словно она вернулась туда в кафе где случайно поцеловала его и он смутился и неловко поцеловал ее в щеку, она знала что он занят, но искушение было большим, она бегала за ним уже год, но он был неприступным. Но она упросила ее помочь в анатомии и он объяснял ей тему, а она все смотрела на него и решилась быстро поцеловала его в щеку, а он повернулся и губы, его губы и ее, сердце отозвалось и неожиданно он уже страстно целовал ее, но потом отстранился от нее , покраснел, пробормотал «Извини» и выскочил из кафе. Он тогда был другим, худая словно цыплячья шея выглядывала из воротника рубашки, худой и нескладный, но глаза, большие серые глаза горели огнем когда он объяснял или делал операцию, да, да операция, когда пять курсов собрали вместе и в огромной аудитории, выступали три хирурга два русских и немец их профессор и предлагали ассистировать им, а пациент был живым и ни кто не отважился поднять руку. Когда вдруг с верхних рядом раздался дрогнувший и чуть испуганный голос, он ей показался голосом ангела « Господа профессора, могу я ассистировать вам?» И он спустился волосы взлохмачены и сам немного встревожен, но потом все с замирением сердца смотрели на его операцию, да операцию , он не ассистировал, ему предложили самому делать операцию , под чутким руководством, но когда русский профессор сказал что Вальтер будет великим хирургом, весь зал зааплодировал. А сейчас смотря в его глаза , она не увидела того света и веры. Глаза потухли и были глазами старика, на чью долю выпало много испытаний. – Ты сильно изменился.