Место, где живёт счастье

Она вышла за него против воли своего отца, тот был настоящий тиран и самодур, отрёкся от неё и запретил своей жене общаться с дочерью, а тем более – давать ей деньги. Они всё же перезванивались потихоньку, но сама я бабушку никогда не видела. Я особых подробностей не знаю, мне никто ничего не объяснял, просто слышала разговоры, но у бабушки вроде как были свои деньги, а дедушка имел право контролировать, куда она их тратила, в общем, дать их даже на лечение папы она не смогла – дед упёрся рогом. Но завещать эти деньги нам с Иззи она как-то сумела.

– Теперь понятно. Эта упёртость твоего деда в итоге подарила мне тебя, за что я ему очень благодарен. Ладно, Арти не будет часа два, не меньше – вчера на ферме появились на свет новые поросята, так что ребятишки не скоро ими наиграются. Потом собираются заехать в виноградник – ягоды уже начали активно спеть. В общем, какие будут планы на образовавшееся свободное время?"

"Я взглянула на пальцы Кристиана, ловко закрывающие коробочку с игрушечным алфавитом.

И при этом продолжал спать на полу…

С этим нужно что-то делать. Его чересчур трепетное отношение ко мне и страх случайно причинить мне даже малейшую боль, уже начинали переходить все границы разумного. Похоже, придётся самой проявить инициативу, иначе наше воздержание может и год продлиться.

– Есть у меня одна идея, – улыбнулась я и, взяв мужа за руку, потянула к лестнице на второй этаж. Надеюсь, Арти задержится в винограднике надолго.

Глава 27

Дар

28 августа 2042 года, четверг

Пока мы поднимались по лестнице, Кристиан смотрел на меня с лёгким любопытством. И когда вошли в нашу комнату, тоже не сразу понял, что я задумала. И лишь когда я, подведя его к кровати, стала решительно стягивать с него футболку, точнее – задирать, потому что, для того, чтобы её снять, мне нужно было бы встать на табуретку, – лишь тогда он понял.

– Джинни, нет! – едва ли не простонал он. – Нам нельзя!

– Кристиан, ну, почему? Ты обратился больше месяца назад, ты уже прекрасно овладел своим телом, а ко мне спокойно прикасаешься практически с момента перерождения. Так почему нельзя?

– Я... – мой муж тяжело сглотнул. – Я изменился. Моё тело изменилось. Я могу сделать тебе больно. Случайно. Ненароком.