Место, где живёт счастье

Собственно, это был единственный выбор, учитывая, что родне Кристиана мои деньги были не нужны, у них своих девать некуда, а тётя Сэнди игнорировала меня всю мою жизнь.

– Джозеф Бойл? Бывший муж Изольды? – своим вопросом Флетчер показал, что действительно, неплохо подготовился.

– Да. Это благодаря ему я не попала в приют после гибели папы. Он единственный, кто обо мне заботился, хотя вроде и не обязан был. Думаю, он больше, чем кто либо, заслужил эти деньги. И, Флетчер…

– Да?

– А можно у Иззи ещё и мою часть дома отсудить? Знаешь, когда мы там жили – Джозеф чинил его, красил, крышу за свои деньги перекрыл.

– Без проблем, – ухмыльнулся Флетчер.

– А то, что я всё же не была родным ребёнком, не повлияет? Бабушка оставила деньги лично мне, имя назвала в завещании, так что они всё же мои, кем бы я ни была по крови. Хотя поначалу я, конечно, поверила Иззи, что не имею на них права, растерялась от всех этих новостей.

– По документам ты – дочь своего отца, остальное неважно. Только он один имел право оспорить отцовство, но не сделал этого. К тому же, как Изольда докажет, что ты ей не кровная сестра? Насколько я понял, она отдала тебе единственный подтверждающий это документ, а анализ ДНК здесь тоже не поможет – сравнивать-то не с чем. Так что, не волнуйся, получит Джозеф и деньги, и половину дома, это я тебе гарантирую.

С этими словами Флетчер распечатал моё завещание в трёх экземплярах, я подписала там, где он показал, поставила дату – за два дня до катастрофы, – после чего мы распрощались, и он ушёл. А я прошла на кухню, где Кристиан учил Арти буквам, чтобы не мешать нам спокойно разговаривать. Хотя, конечно же, всё слышал.

– Знаешь, что мне непонятно? – сказал он, аккуратно убирая большие пластмассовые буквы в коробку, в то время как Арти помчался на улицу, где его уже дожидались Брэндон и Лора с велосипедами.

– Там всё немного запутано было. И довольно банально. Моя мама была из состоятельной семьи, а папа работал на стройке.