Месть в ажурных чулках

Фантик, который как раз в этот момент совершал подъем по Кириным гардинам, внезапно замер на середине и принюхался.

А когда Леся поставила блюдечко на пол, он сорвался вниз, вприпрыжку подбежал к нему и принялся лакать.

— Что это? — удивилась запыхавшаяся Кира. — Что ты ему налила такое?

— Догадайся сама, — уклончиво произнесла Леся.

— Неужели он снова пьет коньяк? — ужаснулась Кира.

Леся молча кивнула. И обе подруги принялись со страдальческим видом наблюдать за тем, как жадно лакает жидкость несчастное животное.

Засунуть осоловевшего, смягчившегося и подобревшего от спиртного Фантика в переноску оказалось делом плевым. Он и не думал сопротивляться. А лишь мелодично мяукал что-то очень и очень нежное и лез с поцелуями к Лесе. Выскочив на улицу, подруги поспешно сели в Кирину машину и погнали к ветеринарной клинике, которая, как они знали, работала круглосуточно.

Там была небольшая очередь из миловидной девушки, рядом с которой сидели две овчарки. Похоже, они передрались между собой, потому что морды обеих украшали намордники, а шерсть была в крови. И еще одного старичка, который держал на руках крохотного шпица. Тот лежал спокойно и изо всех сил делал вид, что не понимает кровожадных взглядов овчарок, направленных на него.

Но когда вошли подруги со спящим Фантиком, ситуация изменилась. Овчарки принюхались, и на их мордах мелькнуло изумление.

— Представляете, мой дуралей проглотил шарик для пинг-понга, — пожаловался подругам владелец шпица, рядом с которым они устроились. — И уже не в первый раз.

Шпиц коротко тявкнул, подтверждая, что не в первый, но и не в последний.

— А что это у вас с котиком случилось? — спросил у подруг старичок, явно желая продемонстрировать хорошее воспитание.

— Он пьян, — вежливо просветила его Кира.

И хотя она сказала чистую правду, которую мог бы подтвердить хозяину его же собственный шпиц, старичок все равно обиделся. Обиженно засопев, он пересел подальше от подруг и начал шептаться о чем-то с девушкой — владелицей овчарок.