Месть – блюдо горячее

Однако Сухоплюев упрямо все отрицал. Пришел Иван Дмитриевич, попытался помочь питерцам, но вор отмалчивался.

– Черт с ним, – вздохнул статский советник. – Отсылайте в тюрьму. Завтра попробуем снова. Вдруг за ночь поумнеет?

Маза увели, а трое сыщиков остались в тишине квартиры пить чай. Дубровин был доволен результатом облавы. Взяли сразу двух беглых каторжников! Он был признателен Лыкову за опознание Абаса. Сличение примет подтвердило, что это действительно Иванов-Кукуев, знаменитый убийца, сбежавший из Новозыбковского централа.

– Вот и Ванька Сухой попался, – радовался коллежский асессор. – Не грустите, Алексей Николаич. Расколем мы его, не завтра, так послезавтра. Николая Никитича кто ж мазу простит? А вы действительно думаете, что Азар живой и билет при нем?

Лыков обстоятельно ответил:

– Действительно. Полагаю, они договорились. Ванька скрепя сердце отдал бывшему околоточному билет. И сердит за него и за упущенную добычу, и за то, что полиция приплела-таки его к краже на Московской. Хотя Азар обещал держать сей факт в секрете.

– Э-хе-хе… За пятьдесят тысяч любой оскоромится.

– Вот увидите, Иван Дмитрич, – он скоро признается. Взвесит все и поймет, что я прав, – лучше не тащить на спине еще и обвинение в убийстве.

– Как мы это докажем, даже если и убил? – разгорячился «саратовский Путилин». – Трупа ведь нет.

– И не будет. Потому, что Азар живой.

Спор сделался бессмысленным, и питерцы ушли к себе в гостиницу.

По пути статский советник попросил коллежского асессора:

– Расскажи, как там, в авгиевой конюшне?

– Правильно сделали, что не пошли со мной, – признал тот. – Конюшни в буквальном смысле. В Глебучев овраг десятки лет сваливали навоз. Миазмы невозможные. Как они там живут? Ближе к Волге место расширяется, и между строениями появляются даже сады и огороды.