Мертвая линия. Оно начинается…

Олаф укоризненно покачал головой:

– Мы с бабушкой отпустили тебя учиться в Военную Академию Севера и были уверены, что внук постигает морское дело. А ты… – Олаф еще раз вздохнул. – И давно ты смылся из академии?

– Через месяц…

– После чего?

– После начала занятий.

– Та-а-ак. И где же ты шатался эти пять лет?

– Ну-у-у…

– Ладно, смотри скачки. Завтра поговорим.

Олаф достал трубку и стал набивать ее табаком. Ширл высунулся из-за головы скрита:

– Рагнар, давай тоже покурим.

Викинг, словно змеей ужаленный, подпрыгнул на месте и впился глазами в дракончика:

– Ты что? Я НЕ КУРЮ.

Ширл сглотнул:

– Да? Какой молодец… я тоже… бросаю.

Олаф сделал вид, что ничего не слышал, и только усмехнулся в бороду.

На дорожках тем временем Незнакомец поравнялся с Андремидисом и, улучив момент, пнул его ногой в бок. Андремидис выхватил двуручный меч и занес его, целя противнику в голову. Публика была в восторге. Зрители выкрикивали имена наездников и бросали на дорожки пустые кружки. Одна из них угодила в голову Хло Пирису, державшему в руках уже натянутый лук.

От удара тетива выскользнула из пальцев, и стрела, сорвавшись, унеслась в небо, а Хло, потеряв равновесие, опрокинулся на спину и кубарем слетел с лошади. Незнакомец свесился на стременах головой вниз и, почти не снижая скорости бега, подхватил с земли хлыст, потерянный два круга назад. Арена содрогалась от криков и топота зрителей.

– А сеня будут ище заезды? – Ширл завернулся в крылья от вечернего ветерка.

– Нет.

На сегодня все. Вчера был заезд и завтра еще один, а потом решающая скачка за главный приз, – ответил Олаф.

– А какой он? Главный?

– Тысяча монет.

– Золотых?

– Ну а каких еще?

– Вот это да! Мне бы стока денег. – Дракончик мечтательно закатил глаза.

Три следующих круга не выявили победителя. Андремидис и Незнакомец довольно активно пихались, однако оба оставались в седле. Император постоянно уходил от прямых столкновений, юлил и выжидал момент для атаки. Черный всадник, напротив, старался схватиться в открытую, но проигрывал в скорости и заметно злился.

Рагнар взял кувшин с пивом, но тот вывернулся и с грохотом упал на пол. Ширлу это показалось неимоверно забавным.

– Так, – Олаф укоризненно посмотрел на обоих, – кому-то пора спать.

– Надо закругляться: завтра тяжелый день, – согласился Стью и высунулся из окна ложи: – Эй, Сладенький!"

"Андремидиса свело конвульсией. Он непроизвольно оглянулся, на мгновение ослабив внимание.