Мент

 – «Шестьсот двадцать шестая». Дизель.

Бабкин недоверчиво посмотрел на Макса.

– А может, это «шестисотый» был?"

"– Я что, слепой? – обиделся мальчишка. – Говорю, «Мазда», значит, «Мазда».

– Молодец. – Бабкин одобрительно похлопал его по плечу. – В тачках сечешь.

Может, и номер запомнил? Хотя бы пару цифр…

– Два, пять, четыре, Матвей, Тимофей, – гордо отчеканил Макс.

– Ну и поколение растет! – не сдержал восторга милиционер. – А сколько человек было в машине?

– Не знаю, стекла затемненные… Пока Бабкин уточнял детали, майор вел переговоры по рации.

– Убит подполковник Сомов. Да, чистой воды заказник. Стреляли из синей «Мазды». Номер два, пять, четыре, Матвей, Тимофей.

Спрятав рацию и поймав на себе вопросительный взгляд старлея, Дорофеев мрачно сообщил:

– Объявили перехват. Да что толку. Машину и оружие наверняка бросили где-нибудь в соседнем квартале. По почерку видно, что спецы поработали…

Бабкин еще раз посмотрел на лежавшего на снегу Сомова и медленно перевел взгляд на подошедшего эксперта.

– Есть особые соображения?

– Все и так ясно. После вскрытия получим пули. Вряд ли они прояснят ситуацию.

– Понятно, – многозначительно протянул Бабкин и, отведя Дорофеева в сторону, полюбопытствовал:

– Что думаешь?

Тот неопределенно пожал плечами.

– Не знаю. Уж слишком круто его карьера пошла вверх. Пять лет бумаги марал, а тут вдруг из грязи да в князи. Не за красивый же почерк его собирались усадить в кресло зама округа. Тут дела покруче.

– То есть не нашего ума дело, – заключил Бабкин, но, поймав на себе хмурый взгляд майора, тут же поправился:

– Я хотел сказать, не нашего масштаба.

Хотя отдуваться, как всегда, придется нам.

– Это точно, – вздохнул Дорофеев. – Еще неизвестно, кого пришлют вместо него. Может, такое дерьмо попадется, что Сомова вспоминать будем как праздник.

Бабкин, с недоверием отнесясь к словам майора, на всякий случай уточнил:

– Сам высчитал или так, с потолка?

– Насчет чего?

– Думаешь, новый обязательно будет дерьмом?

– Ну уж наверняка не ангелом…

Глава 2

«АНГЕЛ»

Он приехал в Москву налегке, из оружия прихватил лишь пистолет, с которым вот уже год почти не расставался.

Это была двадцать третья модель внешне неказистого девятимиллиметрового австрийского «глока». Удобная рукоятка и вполне приличный, на чертову дюжину патронов, магазин. Однако не только этим был хорош «глок». Как показала жизнь, в ближнем бою, когда дело доходило чуть ли не до рукопашной, ему не было равных.