Медовый месяц с чужой женой

Тормози здесь, — буркнул я, когда мы проехали огромную вывеску, щедро залитую мигающими диодными лампочками красного цвета."

"— Это же Дорогова казино, Макс… — динамик затих, а через переднее окно с опаской выглянул Димыч. Бритоголовый и квадратнолицый. Он со мной всегда говорил на родном языке — выполнял приказ, но сейчас я уверенно перешел на английский:

— Вот и отлично, заодно и развлечемся, — скривился я от неприятной горечи во рту. — И никто не должен знать, что я — русский.

Водитель и охранник переглянулись.

Повторять не нужно, они все исполнят беспрекословно. Крис вжал педаль, отчего машина свистнула тормозами и покатилась к парковке, а Дима проверил оружие и поправил пиджак. Оба крупные, сильные — самые надежные вышибалы в Америке. Сделают любую грязную работу да и голову за меня подставят, потому что оплата их труда того стоит.

В казино я выкупил фишек на три сотни тысяч и собрался занять место за крупным девятиместным столом в центре казино, где развлекались настоящие «рыбки» сезона, а их незаметно «раздевали» заядлые регуляры (примечание: опытные покеристы).

Но потом мое внимание привлек игривый женский смех из бокового vip-зала с бай-ином (примечание: минимальный взнос за игру) в полторы сотни.

Замерев в дверях, я подмигнул красотке в длинном белом платье. Высокую упругую грудь её я заметил в первую очередь, и только потом обратил внимание на большие глаза и светло-русые волосы с бронзовым отливом, которые прикрывали хрупкие плечи. Девица, заметив мой явный интерес, спрятала под густыми ресницами опьяненный радостью взгляд.

Я кисло скривился — «сама невинность»! Кралечка, обнимая темноволосого паренька со спины, прижималась к нему так рьяно, будто он ей миллион в лифчик обещал положить за глубокий минет. Все шлюхи на одно лицо: милые, но пустые. Все они притворяются разными, а на самом деле — дырка дыркой.

Богатенький «мальчик», который если не облизывался, глядя на едва прикрытую белыми кружевами зону декольте прижимающейся к нему подружки, показался мне смутно знакомым.

Я прошел глубже в зал, бесцеремонно расталкивая зевак, и на миг замер около стола, за которым, кроме сладкой парочки, сидели еще трое.

Я хмыкнул, узнав миллиардера нефтяника Коллина. Он — полный ноль в покере, даже комбинаций толком не знает. Косоглазая дочка покойного Зака Бренса — любительница блефовать со старшей картой — выглядела еще хуже, чем когда я видел ее на похоронах. Судя по потухшему взгляду, она даже не пытается отыграться, а тупо просаживает деньги.