Медовый месяц с чужой женой

Мной овладело отчаяние, я не понимала, что делаю, что говорю. То брала его лицо, то обнимала бычью шею, то целовала сомкнутые веки и, плача, смотрела, как тяжёлые капли прочерчивают на тёмном от гари лице светлые полоски.

Закашлялась и, с ужасом огляделась: огонь подступал. Оставались минуты: и я погибну вместе со своим палачом.

Слабый стон заставил меня встрепенуться:

— Макс?!

— Дурочка, — с хрипом проговорил он и приподнял тяжело голову. — Зачем ты вернулась? — потянул меня к себе и уткнулся в мои ладони лицом.

Мы попытались встать: но Честенер падал, слабел и почти терял сознание. По виску скатывалась кровь, а тонкие губы сжимались до белой черточки.

— Иди прочь, По-ля, — бормотал Макс, оттягивая меня своим весом к полу. — Не терзай душу. У-хо-ди. Я же хищник, монстр, чудовище… Чего ты бросилась в пламя? Зачем?

— Макс! — кто-то крикнул в выдавленное взрывной волной окно. — Скорее! Сейчас рухнет все! Выбирайтесь!

Честенер туманно посмотрел в мои глаза, кивнул, а потом прошептал:

— Плевать на договор, на Дорогова.

Глава 36. Макс

Когда я очнулся и увидел ее слезы, услышал, как Поля зовет меня, умоляет прийти в себя, трясет за рубашку, вызывая мое сознание на очередной бой с жизнью, что-то в груди щелкнуло.

Не играют так. Не притворяются. Не рискуют жизнью.

Но она не ответила, не согласилась, не дала шанса. Пусть. Так будет правильно. Я настолько испорчен жаждой выжить, жаждой возмездия, что потерял человечность.

Идиот.

Ведь я снова это сделал. Облил маленькую беззащитную женщину грязью, растоптал, измазал в своей мести и обиде, и я пойму, если Романова сейчас развернется и уйдет.

Нас ничего не связывает. Ласки и поцелуи ничего не значат, это все быстро забудется. За три дня нельзя привязаться настолько, чтобы потом вырывать себя с мясом. Это вам не три года совместной жизни, успешный бизнес и кутерьма свадебных приготовлений за шаг до предательства.

Из горящего дома нас вытащили пожарники. Я чуть не отъехал, пока спускался по лестнице, но держался за испуганный Полин взгляд.

Димка получил ушиб плеча, а Стелла сломала ногу. Погибла девушка-гувернантка и двое охранников. Мне и Пелагее помогло чудо. Если бы мы остались в кабинете, а не поругались и разошлись — добавились бы еще наши трупы к останкам в пожарище.

У меня не было сил распоряжаться, потому доверился другу, и он тарахтел по телефону и общался с полицией.