Медовый месяц с чужой женой

Повернулась к двери, и мои ноги приросли к полу, а тело, казалось, превратилось в кусок льда при виде жёсткого взгляда холодных серых глаз. Макс молча поднял руку и нажал кнопку на своих часах. Дверь сейфа с тем же мелодичным звуком захлопнулась.

Меня обвели вокруг пальца, заставили поверить, что свобода близка.

И сейчас, неотрывно глядя в наполненные тьмой страшные глаза Честенера, я забыла, как дышать.

Глава 33. Макс

Когда я вернулся в кухню, чтобы найти в аптечке бинт, Стелла уже пришла на работу и убирала остатки погорелого позднего завтрака.

Я буркнул «Доброе утро», приказал помочь Поле в ванной, а женщина покосилась на стол и добродушно сказала:

— Максимилиан, я все сделаю, не переживай. А это было в пиджаке, — кивнула она на небольшую коробочку, а я не сразу понял, о чем речь. Так был увлечет яростью и самобичеванием.

Сережки? Которые я Поле покупал перед взрывом? Приоткрыл крышку и, захлопнув ее, бросил украшение в карман и быстро ушел в спортзал.

Очень не хотелось под горячую руку еще кого-нибудь покалечить или прибить. Чувствовал себя миной: не наступай — подорвешься.

Сначала перемотал изрезанный стеклом кулак, а потом надел боксерские перчатки и выбивал злость из груши до трех потов. Когда не помогало, лупился головой в плотную кожу. Я горел изнутри.

Почему я способен говорить только гадости? Но она же заслужила! Все они — продажные сучки. Все ли?

А-а-а…"

"Поля — невинная была! Как я мог не понять и не заметить? Идиота кусок! Она так горько плакала в душе, так сжималась от обиды, а потом так отчаянно била мою грудь маленькими кулачками, что меня на месте разорвало от чувства вины.

Блять! Какого хрена?! Я не собирался верить бабам и никогда не поменяю свое решение размазывать их всех по стеночке, не физически, а морально. Но… Все это пресловутое «но», чтоб его черти драли!

От нагрузки горели мышцы, лопались сосуды в глазах, в перчатках хлюпало от крови, но легче не становилось.

Меня рвало на части от гнева на самого себя. Каким же нужно быть ублюдком, чтобы невинную жертву впутать в такую грязную игру? Но… Тварь! Как она оказалась в лапах Дорогова? Ну, ведь точно продала себя! Даже если и неосознанно, все равно позволила себя купить. А ведь и мне позволила это сделать. Пиздец.

А что ей оставалось? Она была в такой ловушке, что выбраться не смог бы даже сильный мужик, не то что хрупкая жертва.