Медовый месяц с чужой женой

Причём так умело, что ни у кого не осталось сомнений, что девушка лишь изображала из себя невинность. А потом Дорогов опрокинул её на офисный стол, задрал ноги, разорвал белье и… Это гадко вспоминать, — захрипел мужчина и потер лицо.

— Садист, — процедила я.

Сердце билось часто и гулко, во рту пересохло. От понимания, что наши с Максом судьбы переплелись так болезненно, так причудливо, так крепко, что никому не выпутаться без потерь, болезненно сжалось всё внутри. Я не собиралась оправдывать монстра, — он почти сломал меня, желая видеть во мне такую вот Карину, — но сейчас я знала, что под личиной монстра скрываются незаживающие раны.

И мне было страшно, очень страшно даже представить, что Макс чувствовал в тот ужасный день.

— Ты спрашивала, почему он боится высоты? — горько проговорил Дэми — Ох, Поля, я не имею права тебе это рассказывать. Макс должен сам.

Он судорожно вдохнул и посмотрел на меня с яростью:

— Я был против того, что сделал Макс в казино, но не мог упрекать или мешать.

Не потому, что он босс, а потому… — Дэми замолчал и откинулся на спинку кресла, закрыв глаза, глухо проговорил: — Прости, Поля. Ты просто попала под горячую руку.

Я перевела взгляд на стену, чтобы внимательнее рассмотреть девушку. Большие тёмные глаза, приятная улыбка, мягкие волосы, сногсшибательная фигурка. Мне стало интересно:

— Так она вышла за Дорогова?

— Что? — распахнул глаза охранник и расхохотался. От его нехорошего смеха мне словно наждачкой провели по спине.

 — Скажешь тоже. Это Дорогов! У него в России жена, ты не знала? Он женился лет двадцать-тридцать назад на девчонке из какой-то деревни, а, когда она родила ему наследника, упрятал в психушку. Я слышал, что она умом тронулась, потому что ублюдок трахал шлюх при ней, а её в это время отдавал своим охранникам по очереди или вместе… — охранник покосился на меня и нахмурился: — Ох, что-то я разговорился, Макс меня прибьет. Скажу последнее — Дорогову жена не нужна. А вот любовниц у него десятки. И Карину, как я знаю, он до сих пор держит при себе. Хотя обычно меняет девчонок раз в месяц. — Дэми скривился и процедил: — Видимо, она оказалась особо… умелой.

Я не могла усидеть на месте. То, что обрушил на меня Дэми, оглушало до нечувствительности щёк, мне резко поплохело, перед глазами заплясали темные мушки. Охранник вскочил, помог мне лечь, принёс воды, долго извинялся и, потоптавшись, пробормотал, что будет за дверью. И вышел.