Жертва 2117

Быстрая, но в то же время гарантированная смерть.

Всю ночь в номере Ларса Бьорна в гостинице горел свет, а на следующий день он позвал к себе Асада и изложил ему свой план.

– Мне не хотелось бы вмешивать тебя в это дело, Асад, но ты говоришь по-арабски, и ты опытный солдат. Если кто-то может освободить Йесса, то только ты.

Асад забеспокоился.

– Что это значит?

– Ты бывал в тюрьме, куда попал Йесс? Она расположена на западе от Багдада в направлении Фаллуджи, родного города твоей жены.

– Это Абу-Грейб? Я прекрасно знаю, где она расположена, Ларс.

Когда Ларс Бьорн закуривал, его руки дрожали.

– Нет, это ее филиал, расположенный в нескольких километрах оттуда. Но, конечно, это тоже ад на земле. Человеческие законы там не действуют. Все, что там есть, – это пытки, насилие и страдание. За последние годы там казнили множество безвинных людей, и если ты туда попал, с тобой можно проститься. Что тебе там делать? Хороший вопрос. Тем не менее я попрошу тебя именно об этом.

Асад посмотрел на него в упор, холодный пот бежал у него по спине. За кого его принимают, черт побери? За супермена?

– Ларс, в такие места люди не приходят добровольно. Как мы туда проникнем, и я уж не говорю о том, как мы его оттуда извлечем, чтобы они не заметили? Разве там нет солдат и охранников?

– Асад, мы не будем извлекать его незаметно. Нам нужно каким-то образом добиться, чтобы они сами его выпустили."

"Асад закрыл глаза и представил себе эту тюрьму с массивными бетонными стенами и колючей проволокой.

– Я вижу, о чем ты думаешь, Асад. Но поверь мне, этот план вполне реальный. Мы должны внушить их службе безопасности, что Йесса можно использовать как средство для того, чтобы немедленно прекратить инспекцию вооружений. Я уже поговорил с судьей, который приговорил его, и получил добро при условии, что согласится сам Йесс.

– Ты хочешь сказать им, что Йесс шпионил с благословления ООН, так?

Бьорн кивнул:

– Да, и это скомпрометирует миссию ООН в такой степени, что ей придется прекратить инспекцию.

– Я понимаю, что ты изо всех сил пытаешься спасти своего брата, Ларс, но это ведь ложь. И она вскроется.

– Вскроется? Иракцам в высшей степени наплевать, правда это или ложь, если у них есть признание, которое они могут предъявить. Они уже обрабатывают его, говорит судья.