Мечников. Том 3. Живое проклятье

Игорь решил остаться ещё на пару дней, а затем пообещал съехать и найти собственное жильё в Хопёрске.

На следующий день я проснулся уже после обеда. Пришлось хорошо отоспаться, чтобы восстановить утраченные силы. Как я уже позже выяснил, Рокотова казнили на рассвете. А колонию Сады было решено расформировать. Всех бандитов отправили в Саратов, однако про моего дядю никто не вспомнил. Подозреваю, что барон Елин поспособствовал в этом деле.

Целую неделю Хопёрск восстанавливался после случившегося. Зато я наконец-то смог полностью посвятить себя своему основному ремеслу — лекарскому делу.

Синицын отвёз соглашение, подписанное Бехтеревым в Саратов, и мы перешли в режим ожидания. Саратов и Санкт-Петербург должны были урегулировать все оставшиеся вопросы.

Как только Александр Щеблетов даст нам отмашку, я смогу начать своё новое дело, уже не скрываясь. Правда, травы всё равно придётся закупать у зеленокожего Ксанфия, поскольку поставлять эти материалы орден мне не станет.

— Алексей! — воскликнул Илья Синицын.

Он вошёл в мой кабинет после окончания пятничного рабочего дня и хитро ухмыльнулся. — Говорят, кабак наконец-то открыли! Не хочешь отпраздновать?

— Тебе лишь бы отпраздновать! — усмехнулся я. — Пока что даже повода нет. Давай подождём ответа Щеблетова. Тем более, сегодня у меня есть важное дело.

— Это какое же дело может быть важнее похода в кабак со своим добрым другом? — обиделся Синицын.

— Скажем так… Займусь ремонтом, — ответил я.

И сразу же после работы направился к церкви Грифона.

Как только я подошёл к территории священного Хопёрского места, из ворот выскочил младший жрец Михаил.

— Куда спешим? — поинтересовался у него я. — Уж не в открывшийся ли кабак?

— Ой… — вздрогнул Михаил. — Алексей Александрович, а вы что… Кроме всего прочего ещё и намерения людей читать умеете?

— Так и думал, что ты за голову не возьмёшься, — покачал головой я. — Ну-ка разворачивайся. У меня есть дело к старшему жрецу. А в понедельник явишься ко мне на приём! Будем искоренять твою дурную привычку.

Михаил провёл меня в здание церкви. Никодим сильно посвежел. Всего за неделю мужчина заметно восстановился и даже перестал походить на старца.

— Приветствую, Никодим, — сказал я, изобразив традиционный жест поклонения Грифону. — Как себя чувствуете?

— Гораздо лучше, господин Мечников, благодаря вам, — улыбнулся мужчина. — А вы по какому поводу? Решили приобщиться к нашей вере?

— Нет, жрец. Я пришёл по другому вопросу.