Меченный смертью. Том 5

Счета за коммунальные услуги, на которые уже набежали пени, тоже давили неподъемным грузом."

"Стоит ли говорить о том, что Семен Аркадьевич пребывал сейчас в полнейшем отчаянии. И все бы ничего, но у него была семья: жена и две дочери десяти и тринадцати лет, которые вместе с ним оказались в этом весьма плачевном положении.

Все беды у Семена Аркадьевича начались с того, что по милости трусливого генерал-майора Жохова его разжаловали в младшие унтер-офицеры и отправили в Соликамск. Служил он под началом одного капитанишки, который славился своим самодурством, да еще и, как оказалось, был чем-то обязан Жохову.

Но он терпел и, как говорится, стойко переносил все тяготы армейской жизни. Это все могло бы продолжаться еще очень долго, если бы не одно внезапное обстоятельство. Семен Аркадьевич исключительно по злонамеренной воле своего командира был отправлен усмирять беспорядки на одной из соляных шахт.

Рабочие подняли бунт из-за нечеловеческих условий труда. Недавно проведенная проверка не выявила никаких нарушений, и это стало последней каплей для служащих шахты. Огромной толпой они пришли к зданию администрации и стали требовать владельца. Пусть, мол, сам придет и посмотрит, в каких условиях им приходится работать.

Но вместо владельца к собравшимся подъехали несколько автобусов с вооруженными людьми в военной форме. Весь многочисленный пикет был быстро окружен и взят в плотное кольцо.

И тогда взбешенный капитан приказал открыть огонь на поражение. Сам он, конечно же, на месте отсутствовал, а распоряжения отдавал по рации. Семен Аркадьевич, получив шокировавший его приказ, воспротивился воле начальства и вместе со своими людьми отступил.

Стихийный митинг по итогу закончился вполне мирно, но вот Семена Аркадьевича злая участь не миновала. За невыполнение приказа он был разжалован в солдаты. Довольствие тут же сократилось в несколько раз и Федулов был вынужден уволиться со службы. Да и этот итог можно было в какой-то мере считать удачным, поскольку благодаря покровительству бывшего сослуживца, Семену Аркадьевичу посчастливилось избежать трибунала.