Меч обнажен

Как только посветлеет, они найдут парашют — и что тогда? Не думаете же вы, что они не обыщут каждый дюйм на земле и в доме. Это опорный пункт, они были уверены в его безопасности. Подорвать эту уверенность значит пробудить их худшие черты характера. За голову капитана назначена награда, на него было уже три покушения. Сюда не допускают никого, за кого они полностью не ручаются и о ком не навели справки…

— А вы? А Петер?

— Не тешьте себя надеждой, что я встревожена вашим упоминанием о Петере. Вы на самом деле ничего о нём не знаете.

Но ничего хорошего нет и в том, что вы споткнулись о план, слишком хорошо разработанный и слишком далеко зашедший, чтобы быть отброшенным. Нам придётся задержать вас при себе и вывести отсюда, хотите вы этого или нет. Но сейчас оставайтесь здесь. На этот этаж никто не ходит, кроме Кати и меня. Временно, — она снова изучала его лицо, — мы должны будем довериться друг другу. Вы согласны?

Он кивнул. Несмотря на её грубое платье, юноша был теперь уверен, что она не простая служанка.

— Юффру, как я могу поступить иначе?

— Теперь, где этот парашют, возможно, его удастся укрыть…

— Я оставил его запутавшимся в каком–то высоком дереве и потом шёл вдоль стены, через пруд, к дорожке.

— Тогда он на дубах на западе. Оставайтесь здесь и не открывайте дверь никому, кто не постучит дважды, подряд. Я посмотрю, что можно устроить.

И она ушла, забрав с собой и оружие и свечу. Лоренс ощупью пробрался через комнату и положил засов на место. Потом нащупал раскладушку и рывком распахнул ставень на окне над нею.

Поднимался предрассветный ветер, но небо было ещё тёмным. Он присел на комковатый матрас, недоумевая, в какую путаницу завели его импульсивные действия.

Глава 14. Восход апельсинового солнца

Вскоре Лоренс скользнул вниз, чтобы вытянуться во весь рост на раскладушке, прижавшись щекой к затхлой поверхности плоской подушки. Его сон был глубок и не обеспокоен сновидениями, а когда он поднялся, по краям ставня просачивался сероватый свет восхода.

Снизу доносился рокот голосов и Лоренс, привстав на колени, глянул вниз через подоконник, позаботившись прикрыть ставень, за исключением щели внизу.

Хотя солнце ещё не взошло, света хватало, чтобы увидеть капитана, чопорно вылезающего из машины. Он направился прямо в дом. Машина же покатилась снова, лязгая передачами, что свидетельствовало о том, что водитель устал и с трудом работает руками. Больше смотреть было не на что, кроме пары птиц, совершающих краткую инспекцию клочка травы.