Жена моего брата

В колючую линию челюсти, скулу, висок, бровь. Ложусь лицом на плечо, втыкаюсь губами в ухо. Мне кажется, мы парим где-то и ничего кроме этих чувств не существует. И я говорю то, что чувствую:

— Я люблю тебя.

Глава 39. Заключительная

— Я обещал тебе ледовый городок. Наслаждайся.

Я наслаждаюсь. Гуляем между красивыми, подсвеченными изнутри цветными огнями горками. Катается только Тиша. А мы пьем горячие напитки в бумажных стаканах. Демид висит на телефоне, разговаривая по работе. Но мы идем, держась за руки. Мне хватает просто этого прикосновения к его горячим пальцам.

— Не замерзла?

— Чай остыл.

— Минуту.

Демид уходит к кофейному ларьку. И пока ждет, снова виснет на телефоне.

Разворачиваюсь, ищу глазами брата. Неожиданно в меня врезается какая-то маленькая, девочка. И, поскользнувшись, падает. Присаживаюсь, помогая ей подняться. Всхлипывая, она тянет:

— Па-а-апа…"

"— О, малышка! — расстроенно смотрю, как кровь сочится из разбитый об лёд губ.

Достаю салфетки из кармана. Прикладываю к ранке.

— Катя! Ну что ж ты…

Девочка прячется в его руках, рыдая уже во весь голос. Окровавленная салфетка остаётся в моих.

— Па-а-па!

— Ну всë, не реви, ты же волчица у меня! Терпи.

— Она губу разбила, — показываю ему кровь на салфетке. — Вам еще антисептических салфеток дать?

— Будьте добры, — хмурится он, гладя по спине девочку.

Поднимает её на руки. Я смотрю им вслед. И мне вдруг кажется, что у меня тоже будет девочка. Такая же ясноглазая, трогательная и хорошенькая.

Толпа молодёжи, закрывает удаляющегося мужчину с девочкой. Моему ребенку не так повезло с папой. Но что ж теперь…

Опускаю взгляд вниз. Портмоне. Это тот мужчина потерял! Наверное, из заднего кармана выпало, когда присел. Ищу его взглядом. Уже растворился в толпе!

Открываю кошелек, в надежде найти там номер телефона. Но там деньги… Пластиковые карты… На имя «Volkov Zahar». И фотография семьи.

— Что случилось? — подходит Демид.

— Человек портмоне потерял.

— А Тихий где?

Тихон скатывается стоя во весь рост с горки, у ледяного полотна которой мы стоим. Проезжая мимо, падает. И со вскриком бьется об лёд — спиной и затылком.

— Боже! — вскрикиваю я тоже. — Тиша!

На автомате засовываю портмоне в карман и срываюсь к нему.

— Ну, куда? Собьют с ног. Стой! — притормозив меня, Демид помогает ему подняться и вытаскивает на снег.

— Как ты? — отряхиваю варежками с него снег.

Тиша смотрит расфокусированным взглядом.