Мажор для профессора

Нужно забыть о нём и о том, что произошло между нами. И сделать всё возможное, чтобы не пересекаться с ним.

Выходные оказались далеки от отдыха и расслабления. Загрузил себя делами и собранием вещей для отдыха, но перед глазами так и мелькал Загорский и его лицо, на которым просвечивалась обида при входе из моего кабинета. Убеждаю себя, что мне показалось, с чего бы такому, как он, обижаться? Уверен, как только вышел от меня, нашёл себе развлечение на ночи, или к тому парню с гонок поехал. От этой мысли неприятно кольнуло в груди, а кулаки сжалась до хруста.

Забыть, просто забыть.

Гавайи встретил меня жарой и духотой, на мероприятие опоздал, но это и не важно, я прилетел увидеться со старым другом. С человеком, что сделал меня таким. Несмотря на его дерьмовый характер, на то, что был постоянно груб и строг, именно это и поспособствовало тому, что я стал настоящим мужиком, а не остался тем задротом, коем назвал меня Загорский в день нашего знакомства.

Отлично, Серёжа, это называется забыть.

— Проблемы? — спрашивает Марат после очередного звонка с родины, где я орал как резанный на Павла, что звонит по любому поводу.

— Мелочи, — отмахнулся я.

Три дня уже на острове рядом с этой сладкой парочкой, и чем больше я на них смотрю, тем больше жалею, что оттолкнул Демьяна.

Прав был мажор, от этого тошно вдвойне.

— Рома где? — задаю вопрос, делая глоток холодного пива.

— Скоро будет, — при упоминании о Роме, у Марат лицо светится, а улыбка сама собой появляется на лице.

В последнюю нашу встречу Марат выглядел дерьмово, но сейчас будто и не было того пиздеца, через которого он прошёл в тюрьме. И Рома более расслаблен и спокоен, а таким я его не видел… Никогда.

— Можно нескромный вопрос? — решаюсь я на то, что не даёт мне покоя.

— Конечно, — кивает собеседник.

— Как… — замолкаю, не знаю, как правильно сформулировать. — Как ты понял, что влюбился в Рому?

Дёмин округляет глаза, явно не ожидавший такого рода вопрос.

— Ну ты и сам знаешь, что было в начале.

Я киваю, так как прекрасно помню, как Марат был одержим мыслью поставить на место следователя Куркова.

— Не могу сказать точно, когда именно это произошло, потому что в основном так оно и бывает. Ты влюбляешься с первой секунды вашей встречи, просто не понимаешь, не осознаешь этого. Или, как в случае Ромы, не хочешь этого принять. Но это уже произошло, и больше ты над этим не властен.