Мажор

Продержишься до конца семестра, оставлю тебя в покое.

Я тяжело вздохнула. Если насчет первого варианта еще более-менее понятно, то второй вызвал в организме волну отторжения.

– Что значит «изображать твою девушку»? – переспросила, со свистом выталкивая воздух из легких.

– Родители мечтают, чтобы я взялся за голову. Начал учиться, гулять с какой-нибудь правильной девчонкой… Устал объяснять, что всё это не для меня. Поэтому нужно прикрытие. Какая-нибудь обаятельная простушка, которая пару раз моргнет ресницами, и мать сразу растает.

"Он улыбнулся. На этот раз вполне безобидно. Кажется, так поступает акула перед тем, как проглотить свою жертву.

– У меня есть парень. У нас всё очень серьезно. Извини, но я не смогу… – нервно вскинула подбородок, проведя тыльной стороной ладони по волосам.

На лице шантажиста вдруг появилась агрессия.

– Чем ты слушала? Я же сказал: интим по желанию. Ты симпатичная, но немного простовата для меня…

«Цыган» беспечно пожал плечами, в то время как по моему телу пронеслась волна негодования.

– Слава Богу. Потому что ты для меня туповат. И не немного…

Мучитель выдавил из себя улыбку, которой можно было пугать детей.

– Стало быть, ты согласна? – лукавый взгляд серо-гранитных глаз прошиб до озноба.

– А у меня есть выбор? – медленно поднялась со стула, бесстрашно делая шаг вперед, буквально упираясь грудью в раскаченный торс.

– Конечно же… нет. – Он ухмыльнулся, поедая взглядом мои губы. – Ну что ж, золотце… Поздравляю. До конца семестра мы с тобой как ниточка с иголочкой.

Глаза цвета первых осенних сумерек недобро вспыхнули, заставляя непроизвольно поёжиться.

В эту самую минуту я еще не предполагала, что заключила договор с самим дьяволом.

Феликс

Несмотря на то, что Эд сдержал обещание и перевел на карту немного деньжат, решил пока приберечь их и потратил полтора часа, чтобы добраться до Барвихи на общественном транспорте. Без машины и денег чувствовал себя неполноценным.

– Извините, ребята, но халявного бухла не будет, – язвительно хмыкнул, открывая тяжелую дверь.

К счастью, дома никого не было. Мать, с вероятностью девяносто девять процентов, инспектировала новые коллекции одежды в бутиках Столешникова переулка, сестра – в лицее, отец – у руля семейного бизнеса.