Мастер Разума

Скрежетнув зубами, прислушиваюсь. Уловив звук голосов, иду дальше, ориентируясь на него.

В конце концов оказываюсь в комнате куда большего размера. Камин, массивный стол со стульями. Поодаль диваны и кресла, между которыми небольшой столик. В углу ещё пара глубоких кресел, куда может легко влезть даже такая туша, как у меня.

— Тео, дорогой, иди сюда. Друг твоего отца хочет посмотреть на его наследника.

Голос приторно-сладкий, но в глазах всё то же презрение. И затаённая радость. Да ведь эта шлюха радуется моему унижению!

Шагая в их сторону, стараюсь унять дрожащие от злости руки.

Параллельно размышляю над странной формулировкой ""друг твоего отца"". Может это мачеха? Пока это кажется самым логичным вариантом. А та блядская сука, что заглядывала ко мне в комнату, скорее всего, её дочь и моя сводная сестра.

Всё. Я уже вплотную. Помимо двух женщин, здесь ещё одна пара — сухой старичок-азиат и какая-то женщина, скорее всего его жена. Лица у обоих бесстрастные. Но я всё же различаю отблески хорошо замаскированных эмоций.

У женщины — жалость и лёгкий интерес. Вот у старика странная смесь — сожаление и непонимание, к которым примешивается толика злости. Пусть я потерял свою силу, но ещё остаюсь Мастером Разума — считать эмоции не так сложно.

— Я рад видеть тебя, Теодор. Отрадно знать, что род Ли-Корнелия продолжается. Твои родители хотели бы это видеть.

Только сейчас понимаю, что перед этим со мной говорили на странной латыни. Которая скорее напоминает чудную смесь латинского и английского с примесью французского.

Я понимал на автомате: что-то из английского, а что-то за счёт изучения латыни в юности. Как говорил преподаватель: зная латынь, ты поймёшь почти любой язык на её основе. Не сказать, что это сильно пригодилось в моём мире. Зато оказалось полезным в этом.

А вот старичок говорит на вьетнамском. Который я тоже знаю: изучение языков — один из базовых, но эффективных способов раскачки, когда идёшь по пути Разума. Так что я выучил все возможные — от распространённых до редких африканских диалектов.

Что ему ответить? Есть тут какие-то правила этикета или нет? Молча смотрю на старика, а внутри нарастает раздражение. Судя по эмоциям, он знал родителей этого пухляша. И теперь сожалеет о том, что их сын превратился в такой кусок дерьма.

Спокойнее, Кир. Он может пригодиться. Если отец этого пузатого недоразумения на самом деле был его другом, это можно использовать. Нужно только скорректировать точку зрения высушенного вьетнамца в нужную сторону.