Мастер решений

Первыми шли пять воздушных крейсеров, словно усиками тревожно шевеливших стволами пулеметных и пушечных турелей, заливая дорогу между скалами голубоватым светом мощных прожекторов. По каждой замеченной позиции отстреливались, не жалея снарядов, в щепу разбивая ложные цели, которые успели нагородить егеря.

А настоящие пушки только подтягивали короба со снарядами, проверяли веревки, которыми грузовики были притянуты к скале, и длинные полуметровые костыли, вбитые в скалу сквозь решетчатые станины зенитных пушек. Стрелки были в ременной обвязке, как альпинисты, и привязаны веревкой к скале так, что буквально висели животом вниз, но никто особо не переживал.

У егерей так дрожали от нетерпения пальцы на гашетках, что всем было не до удобств. Все знали, зачем дирижабли Галаста летят сквозь ночь.

Алексей стоял на импровизированном командном пункте, который устроили на террасе, нависающей над ущельем. Здесь были приборы связи с зенитчиками, которых разделили на пять дивизионов, аппаратура подавления вражеской связи и прочее штабное имущество, включая подполковника из личной службы командующего, которого прикрепили к нему бессловесной скотиной.

Подполковник не мог даже вмешаться в происходящее, лишь фиксируя события для доклада.

Но Алексей, уже опытный в подковерной борьбе, поставил на скалах, пушечных лафетах и вообще где мог два десятка запоминателей, которые непрерывно снимали видео.

Радиосвязь начали давить, когда дирижабли были еще на подходе. Вообще радио на планете с сотнями эфирных аномалий работало плохо, и не было ничего удивительного в том, что связь иногда пропадала.

Тяжелые бомбардировщики, несущие в перегруз по тридцать пять тонн бомб, с трудом поднимались вдоль узкого серпантина дороги, ведущей на перевал, рыча двигателями, преодолевали высшую точку и ныряли вниз, где был еще один поворот и длинный спуск в долину, освещая себе путь мощными прожекторами.

Тут-то и подлавливали длинные неуклюжие сигары две сотни зенитных установок.

Крупнокалиберные пулеметы, автоматические пушки, четырехствольные спарки винтовочного калибра и роторные пулеметы, которые неторопливо и размеренно, словно в производственном цеху, сначала продавливали массированным огнем магическую защиту.

И когда та с негромким звоном схлопывалась, вспарывали тонкий металл корпуса дирижабля от кормы до носа и тут же замолкали, когда объятый пламенем воздушный гигант падал на камни и подрывался на собственном боезапасе, который не давал ни малейшего шанса выжить экипажу.