Мастер порока

Прикусила губу, обошла Марка и принялась со спины стягивать рубашку по плечам, старательно не касаясь кожи. Когда дело было сделано, я сложила её и оставила на кровати. Обернувшись, пробежала взглядом по широкой мужской спине. Мышцы красиво перекатывались при малейшем движении, и я вновь испытала желание ощутить под ладонью мужскую силу.

В этот момент Варавва вдруг оглянулся, и мне показалось, что он в буквальном смысле понял, о чем я думаю. Но ни слова не сказал.

Смущенно потупившись, я прошла к Марку и вновь встала напротив него.

Едва взглянув на толстый, черный ремень его дорогих брюк, тихо втянула воздух, отметив, как неприлично на них натянулась ширинка. На миг подняла глаза, стыдливо убедившись, что Варавва внимательно наблюдает и считывает каждую эмоцию на моем лице.

Чтобы отвлечься от охватившего меня волнения или чтобы отвлечь его, я неожиданно опустилась вниз и начала снимать обувь с мужских ног. Не спеша, поочередно и не забывая про носки.

Выпрямившись, я подавила всякое сомнение и уверенно протянула руки к кожаному ремню.

Касаясь лишь аксессуара, принялась расстегивать бляшку, и вдруг поняла, как захватил меня весь этот процесс раздевания. Руки тряслись, тело начала пробивать мелка дрожь, а в ушах разноситься гулкий стук сердца.

Когда с ремнем было покончено, я неловко оттянула пальцами края брюк и расстегнула тугую пуговицу. После захватила собачку и осторожно потянула вниз, высвобождая каменный бугор из заточения плотной ткани.

Все это время мой живот был так напряжен, что дыхание заходило в легкие маленькими порциями.

Но в этом самый момент я уловила, что дыхание Марка так же неспокойно. Его пресс заметно сокращался, словно оно сбивалось или он испытывал что-то неконтролируемое.

Зачарованная этими мыслями, я подрагивающими пальцами обхватила брюки за ремень с двух сторон и только хотела спустить их по бедрам, но меня неожиданно опередили. Ловким движением Варавва сделал так, чтобы вместе с брюками я захватила и боксеры. Наши взгляды пересеклись, и меня вдруг охватил жар.

Такой, что ноги ослабели, и во рту пересохло.

Отклонившись назад, я стянула брюки по мужским бедрам, одновременно опускаясь на корточки, чтобы дотянуть их до пола и полностью снять. Неловко поднявшись, и упрямо отводя взгляд, сложила одежду в руках и направилась к кровати. Покосилась на обнаженные, накаченные ягодицы Марка, который стоял словно статуя Аполлона в живом исполнении.

Как же все это странно… Странно и волнительно.