Мастер порока

 — призналась так горячо, словно это могло помочь мне избежать полета.

А в этот момент я была совсем не против выпрыгнуть из этого монстра прямо на ходу!

— Когда-нибудь ведь нужно начинать? — будничным тоном заметил Марк Алексеевич. Затем строго повторил: — Считай от ста до одного. В голос, Арина. Сто. Девяносто девять…

— Сто… Девяносто девять, девяносто восемь… Мамочки!..

Я вновь это сделала! Просто не смогла удержаться — оторвала голову от спинки и глянула в иллюминатор.

Бешеная скорость и, кажется, мы начали отрываться от земли.

— Арина, черт бы тебя побрал, слушай меня! — раздраженно бросил Варавва. — Дыши и считай!

— Девяносто девять, — выдавила я, с силой зажмурилась и до онемения впилась пальцами в подлокотники. — Девяносто восемь…

С моих губ слетел испуганный стон — самолет затрясло, и тело вдавилось в сидение.

— Я не могу! Не могу!.. Я хочу выйти!

— Это тебе не такси — здесь нет остановки по требованию.

Я не понимала сарказм, долетевший до меня. Я не понимала, откуда идет заливистый детский смех.

— Аина, смотли!.. — послышалось, будто под водой, а я не могла не то, что головы повернуть, даже звук выдавить.

Меня жестоко парализовывало — клетка за клеткой, мышца за мышцой и невозможно было хоть как-то остановить этот процесс!

Внезапно чьи-то хваткие пальцы пробрались под мою голову, заставляя оторвать затылок от мягкой обивки, а затем… Жесткие теплые, губы уверенно накрыли мои — приоткрытые, и горячий язык бесцеремонно протолкнулся в мой рот.

Это порочное вторжение длилось всего секунды, но меня словно выбросило в космос, унесло на волне, выдернуло из лап неуправляемого состояния, во что-то совершенно иное и осознанное! Все напряжение в теле резко сошло на — нет, а в голове произошла оперативная перезагрузка.

Когда я широко распахнула глаза, лицо Вараввы было прямо передо мной, до невозможности близко, и его рука по-прежнему держала меня за шею сзади.

— Самое страшное позади, — объявил он каким-то посаженным голосом.

Скользнул хмурым взглядом по моим губам, где я остро ощущала мужской вкус и только тогда не спеша отстранился.

13

Под моим ошеломленным взглядом Варавва вернулся в свое кресло и занял в нем небрежную позу.