Мастер порока

Я в замешательстве нахмурилась, лихорадочно пытаясь разгадать подтекст этого странного обещания, от которого неспокойно дернулось нутро.

— Что касается сути нашей встречи. — Варавва будто нарочно не дал мне возможности заострить внимание. — Твой выходной на этой неделе аннулируется. В качестве меры пресечения за сегодняшнее опоздание.

— Что?..

— Теперь можешь идти в свою комнату, — бросил он, отступая от меня.

— Подождите! Но как вы можете?.. — погналась я за ним.

В груди захлестывало возмущение, обида и паника.

— Вы же знаете, что мне очень нужен этот день!.. По договору вы обязаны…

Хозяин кабинета резко остановился и обернулся, буквально пригвождая меня взглядом к полу.

— Я мог бы забрать у тебя месяц, Арина. Но забрал один день. Пока, — предупреждающе закончил Варавва, а у меня от чувства безысходности слезы навернулись на глаза.

12

С той минуты, как я покинула кабинет хозяина резиденции, в груди осадком поселилась досада, непомерно влияющая на мое настроение. Я никак не могла смириться с наказанием Вараввы, считая его несправедливым и предвзятым. И самое обидное, что я ничего не могла с этим сделать… Обстоятельства сковывали меня по рукам и ногам, оттого складывалось впечатление, будто я насильно заперта в замке богатого злодея! Теперь каждый день проходил под гнетом этого ощущения.

"Пока я занималась с малышкой, время было милосердно, и часы пролетали незаметно, но в остальном нахождение в доме стало для меня испытанием. Ничто не радовало. Ничто не увлекало — даже разговоры с родными, которым я никак не могла признаться, что в воскресенье они меня не увидят, и каждый вечер превращался в бесконечность. А еще меня преследовало постоянно чувство настороженности. Я невольно ждала какого-то подвоха со стороны Вараввы, и не могла спокойно дышать, выходя за пределы детской комнаты.

Пересечения с дядей Викки случались крайне редко, но очень эффектно для меня. Я буквально превращалась в кокон с опущенной головой. Только не потому, что боялась встретиться с его глазами, а потому что видеть его не хотела, и наверняка на моем лице отражались соответствующие эмоции.

Он, конечно, не замечал этого или делала вид, но общался исключительно спокойно и формально.