Без взаимности

Он обнял ее, несмотря на сопротивление, крепко прижимая к своему телу, и лег вместе с ней, накрывая их одеялом и позволяя ей плакать на своей груди. Прошло много времени, прежде чем Алена затихла, цепляясь пальцами за его предплечья.

- Ты простила меня? - не удержался он от вопроса.

- Нет, - категорично сказала она. - И не прощу. Я просто разделила вас, Игнат. Я решила остаться с человеком, который заботился обо мне и я отказываюсь видеть в нем Влада Смольникова! Забудь об этом разговоре. Я просто дура.

Он понимал ее. Игнат сам давно похоронил в себе Влада и, ради нее, он готов был сделать вид, что он действительно кто-то другой."

"- Я забуду, - пообещал он. - Но прежде, чем мы навсегда закроем эту тему, я хочу чтобы ты знала: Влад не любил тебя. Однако, Яру, к концу вашего брака, он тоже не любил. И он никогда не любил ее так сильно, как люблю тебя я. Для меня нет никого важнее тебя, Алена.

Она ничего не ответила, но позволила ему обнимать себя.

Эпилог

- Какая красивая! - восхитился в который раз Артем.

- Вся в маму, - усмехнулась Рина, гладя бархатную щечку Саши.

Та завозилась, кряхтя и приоткрывая ротик движением, показывающим, что голодна, и Рина, проверив температуру смеси, передала бутылочку Артему, который держал трехмесячную малышку на руках.

- Ну, просто образцовый отец! - усмехнулась Дарина, глядя, как он кормит кроху.

- А то, - приосанился он. - Дети меня не пугают. Я прекрасно с ними справляюсь.

- Ага, посмотрел бы я на тебя, если бы тебе пришлось быть отцом круглосуточно, а не три часа, в качестве няни, - фыркнул Богдан.

- Не няни, а временного папы, - поправил его Артем. - Я тренируюсь. Не мешай, а?

- Что значит тренируешься? - испугалась Рина. - Дорогой мой, ты эти мысли брось!

Богдан заржал, продолжая собирать разбросанные по полу, игрушки. Он приехал за Сашкой десять минут назад и застал в их квартире разгром. Пока малышка ужинала, папочка собирал ее вещи, чтобы уехать домой.