Маруся и близнецы

Ничего страшного, тут везде охрана.

Если туда залетели осы и устроили гнездо — она только порадуется."

"Но потом она увидела синеватый дымок в той стороне — убедить себя, что это с соседского участка долетает, было намного сложнее.

Увы — чем ближе был знакомый забор, тем яснее становилось, что взлетающий над ним волейбольный мяч и эхо голосов — не галлюцинации. Дом вовсе не так пуст, как она надеялась.

Ворота были приоткрыты и за ними виднелось крыло ярко-желтой «бэхи».

Тут можно было уже разворачиваться и нестись домой на максимальной скорости.

Дома были ОНИ — главный кошмар ее детства.

Маруся остановила «мини», оперлась на руль и с тоской посмотрела на ворота. Мечты о бассейне, шашлыках, малине, гамаке, сладком сне на свежем воздухе и загаре без следов от купальника рассыпались прахом прямо у нее на глазах.

Еще можно было передумать. Развернуться и рвануть отсюда в какой-нибудь санаторий в Беларуси. Гулять там чинно по дорожкам, проходить физиотерапию и пить кефир на ночь.

Но пока она колебалась и прикидывала, что будет говорить охранникам на выезде — стало поздно.

Волейбольный мяч взлетел особенно высоко, над забором появилась вихрастая голова и загорелая рука, пославшая его в управляемый полет и тут же раздался веселый голос:

— Маруська! Ник, давай сюда! Глянь, кто к нам приехал!

Никита показался в воротах, перебрасывая мяч с ладони на ладонь, а Макар не стал церемониться — и перемахнул двухметровый забор, утыканный шипами, словно хлипкую ограду.

Близнецы переглянулись удивленно и весело.

Сводная сестрица приехала!

Одна!

Грядет веселье!

2

Несколько секунд они разглядывали друг друга.

Хоть и близкие, сводные — они не виделись уже года четыре. С тех пор, как Макар с Никитой в шестнадцать лет сбежали в пираты. Ну, то есть, как в пираты… Поступать на моряков в Питер — где еще у нас пиратов взять?

Маруся тогда выдохнула с облегчением и стала гораздо больше проводить времени с отцом и мачехой без необходимости общаться с навязанными «братьями».

— Германа нет, — сказал Макар, опираясь на крышу машины и внаглую нависая над приоткрытым окном.

— Я знаю! — прошипела Маруся, сразу надевая маску стервы. — Они в круизе!

Братья всегда хвастались большей близостью к ее отцу, как будто у них своего не было!

И не забывали щедро поделиться любой информацией о нем, подчеркивая, что знают больше, потому что живут с ним, в отличие от родной дочери!

— А чего ты на улице стоишь? — спросил Никита, кивая на свободное место во дворе.