Маруся и близнецы

Рыдала, размазывая тыльной стороной руки слезы, но все равно продолжала обрабатывать боевые раны.

Плечо Никите, впрочем, вправлял брат. Увидев, как нездорово выпирает кость, Маруся так побледнела, что они прогнали ее с террасы, где был устроен временный медпункт.

— Это тебе не динозавров по косточкам собирать! — фыркнул тогда вслед Никита, и она хотела ответить что-нибудь обидное, но в этот момент Макар дернул его плечо, вправляя на место по советам из интернета, и он так вскрикнул, что Маруся залилась слезами еще хлеще.

Остаток лета они уже никуда не шлялись. Сидели дома, резались в приставку и опасливо поглядывали за ворота.

Маруся целую неделю бегала просить отлить ей супа к знакомой на противоположном конце поселка, пока близнецы не признались, что они бы предпочли пиццу.

Она так ни разу и не спросила, что была за причина драки. А они, разумеется, не признались. Мачеха с отцом вернулись, когда фингалы уже почти сошли, а ссадины на загорелых физиономиях стали незаметны.

— А мне вытереть? — сунул морду Никита, но прилив доброты у Маруси уже пропал, и она просто повозюкала салфеткой, не особо заботясь о его ощущениях.

— Все, я наелась, — сказала она, выбрасывая салфетку в мусор. — Пойду спать. Отдай телефон.

— И ты сразу начнешь названивать своему козлику?

Никита выудил телефон из кармана и подкинул его в воздух.

Маруся быстро перегнулась через его колено и успела поймать его в полете.

— Дорогая сестренка, ценю твое щедрое предложение, но я слишком обожрался, — сообщил Никита несколько напряженным голосом.

Маруся сначала не поняла, о чем он, слишком обрадованная тем, что заполучила назад свое имущество. Обвела брата взглядом и ойкнула, быстро убрав руку, которой опиралась о его бедро практически рядом с пахом.

Покраснела и отвернулась, уткнувшись в телефон, но…

— Ну ты и гад! Вот гад!

Смущение было забыто мгновенно.

На экране светилось: «Устройство недоступно, повторите попытку через 60 минут».

— Ты что, пытался пароль подобрать?! — Маруся ткнула его в плечо, то самое, когда-то вывихнутое, кулаком с зажатым в нем телефоном, подсознательно желая причинить побольше боли.

— Спать иди, — сказал он снисходительно. — А не общайся со своим говнохахалем.

— Тебя забыла спросить, с кем мне общаться!

Маруся подскочила, нашаривая скинутые еще в начале ужина шлепки и, мотнув головой, сердито направилась в дом.

Ничего страшного, час она подождет.