Мама по принуждению

Муж до последнего не хотел ничем делиться, но обойтись малыми потерями без этого не получилось бы. Воевать он не хотел, устраивать бойню и рисковать сесть в тюрьму тоже, да и я, если честно, не представляю, как бы жила со знанием, что мой муж без сожаления убивал других.

— Ты другая сегодня, — произносит Адам. — Задумчивая, потерянная. Ты чем-то расстроена?

— Нет, — улыбаюсь и веду щекой по его плечу, прижимаясь сильнее. — Я хочу тебе кое-что сказать.

Как-то все вокруг теряют смысл.

— Идем со мной.

Я увожу мужа подальше от всех, встаю напротив, обнимаю за шею и заглядываю в глаза, в которых плещется огонь любви и страсти ко мне. Он все еще там, в глубине, внутри даже спустя год, и я уверена, что буду видеть его там спустя десять лет, потому что мы, где-то там наверху предназначены друг другу судьбой.

— Я беременна, — произношу тихо, сама не веря в эти слова."

"Я помню, сколько мы пытались с Андреем и у нас не получалось, помню истерики и слезы, нервы, потому что я чувствовала себя пустым, ни на что не способным сосудом. А теперь я забеременела самостоятельно, без стимуляций, просто будучи близкой своему мужу без какой-либо защиты.

— Что?

Адам, кажется, такой же шокированный, как и я. Мы смотрим друг на друга невозможно долго, когда, наконец, муж приходит в себя и подхватывает меня на руки.

— У нас будет ребенок? — уточняет он, опустив меня на землю. — Это правда?

— Да, — киваю. — У нас будет малыш.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌

— Девочка, — едва слышным шепотом.

— Или мальчик.

— Вы о чем? — Маша появляется неожиданно, заглядывает в наши лица, будто считывая реакцию.

— Мы с мамой ждем малыша, — спокойным тоном произносит Адам. — У тебя будет братик или сестричка.

Она несколько минут смотрит на нас, переводит взгляд то на меня, то на мужа, после чего делает шаг к нам и обнимает, трогает меня за живот и улыбается.

— Я люблю тебя, — шепчет Адам так, чтобы это услышала только я.

— А я люблю тебя."