Мама по принуждению

Причину, по которой он вынужден был скрыть Машу и себя, он собирался скрывать. Не всегда, разумеется. Он расскажет ей, когда Ангелина будет готова принять правду и поверить ему. Правда, сейчас он вообще сомневался, что это возможно. Он утратил веру, когда не рассказал ей сам и с самого начала. Теперь Ангелина будет бояться его, не захочет слушать и…

О том, что она может пожелать уйти, он не стал даже думать!

Она была его женой и он не собирался ее отпускать!

А еще к ней прикипела Маша. Она ведь не сможет оставить девочку, которую полюбила всем сердцем.

— Господи, какая же я дура! — воскликнула Ангелина и рванулась к двери, так быстро, будто боялась, что он станет преследовать ее и не даст уйти.

Но он дал. Позволил ей выйти и сбежать в свою комнату.

— Твою мать! — прорычал и ударил кулаком в стену, выпуская пар и избавляясь от эмоций, что сжигали его изнутри.

* * *Адам дал ей время отойти от всего, что она узнала. Впрочем, его признания — лишь малая доля того, что ему было рассказать. На самом деле говорить можно было невероятно долго.

Адам обязательно расскажет, но позже, когда Ангелина будет готова это услышать, когда станет ему доверять. Пусть для этого потребуются годы, он расскажет. Сидя в своем кабинете, Адам думал о том, какую ошибку совершил, что не сказал ей сразу. И что пошел на поводу у Вики тогда и подстроил эту беременность, подкупил ее мужа. За это он себя ненавидел.

Видел, как она смотрела на бывшего в стриптиз-клубе, как не верила тому, что видит, как едва ли не плакала, и хотел отмотать время назад. Правда, где гарантия, что тогда было бы лучше? Он и подумать не мог, что Андрей окажется таким. Он до последнего не верил Вике и затеял все с уверенностью, что муж Ангелины откажется. Скажет, что ему совсем не интересно его предложение и пошлет его куда подальше. Но он согласился. А Адам не мог понять, кто в здравом уме и светлой памяти способен продать свою жену.

Хотелось выйти из тени и вместо Рустама подойти к этому Андрею и хорошенько пройтись по нему кулаками. Вправить, так сказать, мозги. Но он этого не сделал, потому что желание их развода было сильнее. Правда, Адам понимал, что ни за что бы не пошел дальше, откажись Андрей от этой затеи. Скажи он, что любит свою жену, Адам бы и не вспомнил об Ангелине больше.

Врет, конечно, сам себе. О ней нельзя было не вспоминать, но лезть в ее счастливую семью он бы не стал.