Мама по принуждению

 — Ты не узнаешь меня, да?

— Вы в маске, — я пожимаю плечами.

Она смеется и в ее смехе что-то снова кажется мне знакомым, но я так и не могу понять что. До тех пор, пока она не снимает маску. Копна рыжих волос рассыпается по плечам и груди, моему взору открывается нос, губы, щеки, скулы, лоб. Я не могу поверить своим глазам.

— Вика? — удивленно спрашиваю и моргаю несколько раз, считая, что это не может быть правдой и мне лишь кажется.

Я сплю, точно!

Я сплю!

— Вика, — она смеется. — Я надеялась, что ты узнаешь меня.

— Я и подумать не могла. Что ты здесь делаешь? Откуда ты знаешь Адама? И то, что я, что мы… господи, я ничего не понимаю!"

"Несмотря ни на что, я очень рада ее видеть. Последний раз мы виделись с ней на похоронах Тимура. Она, одетая во все черное, держалась где-то в стороне, смотрела на гроб, в котором лежал ее брат, стеклянными глазами, а после похорон быстро скрылась. Мы даже поговорить не успели, хотя до трагедии неплохо ладили. Они с Алисой дружили, а так как мы с сестрой были слишком близки, то мне часто приходилось общаться с ней.

Сейчас она, конечно, выглядит иначе: заметно, что повзрослела, изменилась, форма бровей, губ, скулы подтянутей, чем были раньше. Возможно, она пользовалась услугами пластического хирурга за те годы, что мы не видели. Несмотря на изменения, я все равно узнаю ее. Вику невозможно не узнать. По харизме, улыбке, смеху, по ее коронному взгляду, которым она всегда смотрела, когда удивлялась.

Ко всему прочему, она знает Адама.

— А Адам тебе ничего не рассказал? — осторожно спрашивает.

— Не рассказал что?

— О нашем знакомстве, — произносит она. — Я думала, он скажет тебе.

— Я не понимаю, — признаюсь честно.

— Да уж прилично, — она смеется. — А что?

— И ты все знаешь?

— О том, что твой недомуженек взял денег и продал тебя? Конечно, знаю.

— Вика, — выдыхаю я. — Ты позволила своему знакомому разрушить мою семью?

— Ну, во-первых, разрушать там было нечего, так, дунуть, и все посыпется само, а во-вторых… — она запинается. — Именно я натолкнула его на эту мысль, — девушка ослепительно улыбается и кивает.