Малыш от мажора

Машуня проделывает тот же трюк, что и при нас с Никитой, свое коронное — раз, и встает на ножки.

— Боже, — снова хватается за сердце тетя Лена.

— Да, вот так мы теперь умеем, — хвастаюсь я, — здорово?

— Сонечка, это же так чудесно. У меня просто нет слов.

А потом мы вчетвером садимся за стол. Маша, на свой детский стульчик, остальные вокруг нее.

Тетя Лена слишком доброжелательная, чтобы чувствовать себя неуютно в чужой компании, а про Никиту ничего не могу сказать. Держится он хорошо, а что внутри…. Со стороны кажется, что кроме дочки, его ничего не смущает.

Ведет с тетей Леной диалог о погоде, отвешивает комплименты ее стряпне.

Тетя Лена, со свойственным ей тактом, не спрашивает, останется ли Никита у нас, и мы, конечно, тоже не заводим разговор на эту тему.

Я сама не знаю.

Но хочу, чтобы он остался. По крайней мере сегодня.

После ужина тетя Лена твердо заявляет, что сама уберет со стола.

— Идите, идите, все, это не обсуждается, — говорит она и чуть ли не силком выгоняет нас с кухни.

— Никита, ты останешься на ночь? — спрашиваю я, как только представляется возможность.

— У нас есть целых три гостевые спальни, так что ты никого не стеснишь, — тут же добавляю.

— Тогда останусь, раз есть гостевые спальни, — говорит он.

— Хорошо.

Вечер проходит тихо и уютно.

Мы втроем располагаемся в гостиной, я включаю мультик, а сама слежу за Машуней. Когда надо страхую ее. Параллельно мы болтаем с Никитой обо всем подряд.

— Значит, так ты проводишь свои вечера? — спрашивает меня Никита.

— Да, практически всегда.

— Когда не бегаешь на свидания.

Мои щеки против воли покрываются румянцем.

— Это было всего пару раз.

— Я насчитал три, не считая нашего ужина в ресторане. С ним будет четыре.

— Ладно, четыре. Но до этого я ни с кем из мужчин не встречалась.

Это звучит как оправдание, а я не обязана оправдываться перед ним. Поэтому я решаю перевести тему.

— А у тебя?

Но тут же прикусываю губу. Я не уверена, что хочу услышать ответ.

— Что у меня? — спрашивает Никита и мне приходится завершить фразу.

— У тебя…кто-то есть?

Выпаливаю и замираю, словно струна, в ожидании ответа. Ждать приходится недолго.

— Нет, — говорит Никита, — у меня никого нет. Только ты.

— Хорошо."

"Мои плечи несколько расслабляются, а Никита подходит ко мне и встает за спиной.

— У меня только ты и я хочу, чтобы так было дальше. Сонь, наличие ребенка у тебя ничего не меняет.

Он говорит «у тебя», а не «у нас», значит, он не вполне верит.