Магическая Экспедиция

Руки, которые окажутся по локоть в крови, если я ничего сейчас не сделаю.

Нет, я ни на миг не сомневалась, что Главнокомандующий справится с любой угрозой, вопрос лишь в том, когда? Как быстро? Успеет ли защитить детей и женщин до того, как до них доберутся способные подстраиваться под любой тип добычи челюсти хлынувших лавиной грассов? Ведь спастись от них будет непросто — это боевые драконы берут с места в карьер, взмывая сразу ввысь, а обычным драконам взлететь куда как сложнее.

«Я не желаю вас больше видеть! Никогда, никоим образом, ни даже по самой обоснованной причине! Попадетесь мне на глаза еще раз, и клянусь, наплевав на чувства благодарности и жалости, я возьму все то, на что имел полное право с первого мгновения!»

Эти слова жгли душу до сих пор.

До сих пор так, словно я их вот только сейчас прочитала. Но я все равно встала и, взяв монографию, направилась к двери, практически заставляя себя сделать каждый шаг. Идти не хотелось. Писать Главнокомандующему не хотелось вдвойне. Где-то глубоко внутри неприятным холодком пронеслась мысль: «А может, я ошибаюсь?»

Хотела бы я, чтобы это было ошибкой.

Едва взялась за дверную ручку, профессор Ивас поднял голову от конспекта и спросил:

— Идешь монографию относить? — И тут же продолжил: — Задержишься, значит.

И на этом я была забыта.

Решив воспринять сказанное как разрешение задержаться, я поторопилась в свою комнату.

Правда, едва вышла, сильно удивилась — в коридорах было пусто. Совсем. Только из фойе доносились голоса и почему-то аплодисменты, но бежать туда я не собиралась.

Свернув к жилым помещениям, прошла через учебные корпуса, поднялась на второй этаж и увидела грасса. Пес был виден. Причем превосходно виден. Вся морда у него была белая, на спине имелись пятна специй — красного толченого перца, черного толченого перца, горчицы, зеленого толченого укропа и прочего. Вкусный запах специй витал по всему коридору, перебивая запах сырого парного мяса, исходивший от задней части туши кабана, которая лежала на подносе, последний же находился в челюстях грасса. И вот мне сложно даже представить, какой силой должны обладать эти челюсти, чтобы удерживать на подносе вес в половину меня.

— То есть тебя опять кормить нужно, — догадалась я, подходя к грассу.

Пес радостно вильнул хвостом, из которого был виден только кончик, и то потому, что этим самым кончиком грасс влез в какую-то белую смесь, похоже сметану.

— А тебе не много будет? — указала на громадный кусок мяса.