Львица по имени Лола

— Двукратный? — Дина непонимающе хмурится на его слова.

— Двукратный олимпийски чемпион. У него еще есть другие чемпионские регалии, какие-то кубки, но по утверждению Степки, это все тлен на фоне олимпийских медалей.

Дина несколько секунд переваривает полученную информацию, потом ахает.

— Твой брат — олимпийский чемпион?!

— Да, — гордость в голосе сейчас, наверное, совсем не уместна, но не гордиться братом не получается. — Капитан нашей сборной.

— Покажи! — требовательно.

Спустя минуту Дина разглядывает фото Степана Кузьменко в Левкином телефоне, шумно восхищается, потом хватается за свой телефон.

— Ух ты, про него даже статья в Википедии есть! — Дина с увлеченным видом водит пальцем по экрану. — Кубок Европы, чемпион мира…. Ой, тут даже написано, что женат и двое детей!

— Все верно, — Левка с довольным видом принимается за чизкейк. Увлеченная Дина — это очень приятное зрелище.

— Погоди, это тот брат, у которого жена — норвежка со звучным именем?

— Он у меня один.

— Какая они, наверное, красивая пара, — мечтательно произносит Дина.

"— Она именно такая, — улыбается Левка. — Только глаза у нее яркие. Вот, — снова протягивает телефон.

— Ох, какие они красивые! — Дина еще более шумно восхищается, увеличивает, разглядывает фото. — А дети на кого похожи? Тоже поровну?

— Нет! — Левка смеется совсем громко. Ему так тепло, будто они все и правда рядом — родные, близкие, самые лучшие.

— Несправедливо! — ответно смеется Дина. Она явно под впечатлением.

— Мама и бабушка мечтают о внучке и правнучке. Но, по-моему, на Степку надежды нет, он только парней умеет делать. Отцу для волейбольной секции.

— Какой же ты счастливый! — Дина произносит это весело. С улыбкой. Но конец фразы получается неожиданно горьким.

Лев неосознанно протягивает руку и касается ее руки. И так же неосознанно зажмуривается, когда их пальцы переплетаются.

Кажется, они сидят так долго.

— Ты проводишь меня домой?

Глава 8. Тает в танце ночь, сверкая огнями, мы с тобою сыграем в любовь, в любовь между нами.

Дина поцеловала его, едва щелкнул замок входной двери. Отчаянно, неумело и совершенно сногсшибательно. Целовала так, будто вручала ему свою жизнь. И Лев понимал, что так она и чувствовала. Как в омут головой. Как с надувного матраса в море в ста метрах от берега и не умея плавать. Безоглядно.