Ворон

Обменявшись с Сергеем Михайловичем выразительными взглядами, я взяла арбалет в руки, прокрутив в голове многочисленные советы своего наставника.

Отведя правую руку, согнутую в локте, назад, навела стрелу в сторону мишени.

И выстрела.

Кирилл не смог скрыть возглас удивления, когда я попала прямо в цель.

- Браво! – мой парень поаплодировал.

А потом я попала еще четыре раза подряд.

Выбила все пять мишеней, и, наблюдая, как его красивое лицо вытягивается от шока, запрокинув голову, заливисто расхохоталась.

- Охренеть! – Воронов присвистнул. – И когда ты успела стать малолетней амазонкой?

- У Алины огромный потенциал. Она – одна из самых способных моих учениц! – ответил за меня Сергей Михайлович с гордостью.

- Даже не сомневаюсь в ее потенциале… – губы Кирилла сложились в красноречивую улыбку.

- И каким же будет твое желание, мелочь? – хрипло поинтересовался, утыкаясь в уголок моего рта губами, когда мы оказались на улице.

- Прочитаешь мои мысли?

Ощущение теплых губ в миллиметре от моих, вызывало вереницы легкомысленных мурашек во всех уголках моего слабого неискушенного тела.

- Легко, – беспрепятственно протиснув язык между моих зубов, Кирилл поцеловал меня так властно и глубоко, что коленки подогнулись…

По дороге домой мы забрели на елочный базар, и, изрядно помучив продавца, выбрали самую восхитительную пушистую дивно пахнущую новогоднюю красавицу.

С горем пополам закрепили елку в жестяном ведре в центре гостиной Кирилла, так как решено было отмечать Новый год у него.

Поэтому, чтобы не терять время, разделили обязанности: Кирилл отправился в магазин за всем необходимым для создания праздничной атмосферы, а я начала потихоньку готовить стол.

Хоть мой парень и настаивал заказать еду в ресторане, решила хотя бы настрогать пресловутое оливье и сделать заливные. Все равно лучше домашней еды ничего нет.

Окончательно освоившись у Воронова на кухне, я поставила овощи на плиту, и как раз закончила с ужином, когда услышала звонок в дверь. Сердце, как послушная собачонка, моментально сорвалось с цепи, и я, напевая какой-то незамысловатый мотивчик, понеслась открывать.