Лорд блуждающих земель – 2

И да, она была творческой, как и моя в прошлой жизни, но в этом теле…

Я наблюдал за людьми, высказывающими свои предположения, и понимал, что время на исходе, а решения так и не найдено. Гора приближалась всё медленнее, но тем более зловещим становилось это действие.

Так, моя сила! Она же никуда не делась, как и моё сознание? Да, каналы могут проводить только ту энергию, на которую они рассчитаны. Но я же уже проводил сквозь себя гораздо большую магию, чем та, к которой был предрасположен лорд! А значит, могу! Чёрт, но что нужно для этого сделать⁈

Стоп! Моя проблема заключается именно в том, что я не могу поглощать магию из воздуха.

А что, если… Я просто неправильно ко всему отношусь? Что, если я просто попробовал не всё в этом мире? Кроме монстров и окружающего меня пространства я больше ни к чему и не пробовал «прикасаться». Постоянно находились какие-то проблемы, которые банально не давали мне возможности посидеть и помедитировать над природой собственной магии и над тем, каким образом её можно прокачать.

И тут меня осенило! Как же я раньше не додумался⁈ Вот оно! Поистине, иногда самые ценные мысли приходят в самый напряжённый период! Конечно же!

— Тимофей, — я оглядел стоявших кругом людей, которые уже даже не обсуждали варианты спасения, а глядели на надвигающуюся гору. — Дуй к магам воздуха, пусть ускоряют нас, как могут, — затем глянул на Горного и Яркого.

"— А надолго? — поинтересовался Арсений Олегович.

— Не знаю, — ответил я, запустив пальцы в волосы. — Думаю, получаса будет достаточно. Да, водников тоже подключайте, пусть через канализацию гонят воду, тоже ускорит нас, — а потом перевёл взгляд на Богатырёва. — А ты за штурвал! Веди нас боковым галсом, пусть побегают за нами!

— Слушаюсь! — ответил Алексей, как всегда, по-военному.

Больше нельзя было терять ни секунды. Я развернулся и поспешил к корме нашего передвигающегося по блуждающим землям судна. И хотя наш лагерь больше был похож на утлое судёнышко, а гора, настигавшая нас, напоминала огромный фрегат, я был уверен, что мы сможем дать достойный бой.

Точнее, я.

Внутренняя уверенность, появившаяся во мне, позволяла почти не касаться ногами поверхности земли.