Ломаные линии судьбы

– Подождите, – сделав останавливающий жест ладонью, потребовала Аглая, до которой вот только сейчас, в данную минуту, в полной мере дошло, что её чуть ли не обвиняют в убийстве соседа. – Вы хотите сказать, что я имею какое-то отношение к убийству соседа?

– Вполне рабочая версия. – Викторов смотрел на неё изучающе.

– То есть, – начав произносить слова чётко, с расстановкой, делая упор на каждом, заговорила Аглая, чуть ли не протокольным языком, – если я правильно вас поняла, Андрей Фёдорович, вы хотите сказать, что, дважды заступившись за животное и выслушав в ответ оскорбления и угрозы в свой адрес, я настолько вознегодовала и прониклась к гражданину Чащину жгучей ненавистью, что взяла ножичек и отправилась его убивать? При этом нанесла ему… сколько там? Штук тридцать ножевых ранений, да ещё и покромсала в своё удовольствие? – Поражаясь до невозможности, Аглая покачала головой и «похвалила» следователя за сообразительность: – Отлич-ч-чная версия, ничего не скажешь.

– Не ёрничайте, Аглая Сергеевна, – строгим тоном одёрнул девушку старший следователь. – Вы могли действовать не в одиночку, а иметь сообщника.

– Который что, тоже вознегодовал и проникся ненавистью? – уточнила Аглая, приподняв удивлённо брови. – Нет, вы серьёзно? – по-простецки поинтересовалась она. – Или это шутка такая?

– Аглая Сергеевна, предупреждаю вас и напоминаю, что в Уголовном кодексе существует статья об ответственности за нанесение оскорблений представителям следственных органов, – строго остудил её скепсис следователь Викторов.

– А статья за огульное обвинение человека там имеется? – поинтересовалась Аглая, позабыв проникнуться угрозой и испугаться предупреждения. И продолжила поливать старшего следователя своим негодованием: – Нет, я, конечно, знала, что доброта и человечность во все времена плохо монетизировались, но то, что за спасение беззащитного животного от убийства человеку может реально выпасть шанс отправиться на «курорты» дальней Воркуты, это для меня неприятное открытие, знаете ли.

– Гражданка Зорина, – холодным, строго-официальным тоном остановил её выступление Викторов, – вам пока не предъявлено официального обвинения, мы всего лишь выясняем факты, приведшие к убийству Чащина.