Локки 4. Потомок бога

Остальные же боги Хаоса наверняка сейчас делят наследство Маммоны.

Клянусь душой Локи, сейчас и вправду хороший момент, чтобы нанести удар по Пустоши. И судя по пропаганде, уже второй день льющейся из каждого утюга, Семаргл и компания сумели убедить остальных славянских богов, что пришло время большой войны.

— Надоели уже эти жрецы, — пробурчал водитель и выключил радио. — День и ночь одно и то же. Вон только-только наши войска разбили орду хаоситов, пытавшихся взять Стену. Никто теперь точно не захочет идти в Пустошь.

Он посмотрел на меня в зеркало заднего вида, нисколько не стесняясь вести довольно крамольные речи.

— Пойдёт войско имперское в Пустошь, пойдёт, — усмехнулся я. — Ещё месяц-другой такой оголтелой пропаганды, да плюс расчеловечивание врага и приписывание ему всяких паскудств сделают своё дело.

— А вам-то откуда знать? — пренебрежительно хмыкнул он, пытаясь скрыть насмешку в голосе. — Вы что же, были за Стеной?

— А вы, любезный, уже забыли, куда мы едем? — иронично выдал я.

— Помню, помню, в академию стражей. Только вы уж не обижайтесь, но вся столица знает, что обучающиеся там стражи видели хаоситов максимум по телевизору.

Блин, а ведь он прав.

— А я разве похож на того, кто видел хаоситов только по телевизору? — удивлённо вздёрнул я бровь.

Мужчина ещё раз посмотрел на моё отражение в зеркале заднего вида, разглядел шрамы на лице и нехотя буркнул:

— Не похожи.

— То-то и оно. Так уж вышло, что волею богинь судьбы меня на некоторое время занесло в местную академию стражей, а так-то я обучаюсь в Стражграде и за Стеной был не единожды.

— Обязательно почитаю, — заверил он меня, позволив себе мимолётную скептическую улыбку, и приторно-елейно добавил, словно взрослый, позволяющий отчаянно пыжащемуся ребёнку поведать о его детских геройствах: — И что вы видели за той Стеной? Расскажите, не стесняйтесь.

Я пожал плечами и поведал ему о своих приключениях в подземелье Маммоны, когда убил там жрицу.