Любви больше нет

— Не, Степ, ты что-то дичь какую-то несешь, — отодвигаю от себя планшет, — это получается, что она два года жила со мной только чтобы отомстить?

— У девочки любовь к деталям. Делала все правдоподобно и готовилась к тому, чтобы нанести максимальный урон. Не только с точки зрения финансов.

— Да ну, — отмахиваюсь и отхожу к окну.

— А ты не маши, Кирсанов. Лучше глаза протри и голову включи. Ты все удивлялся, как Алексе удалось пробить брешь в твоей защите и заинтересовать, а потом этот интерес в одночасье пропал.

— Бред!

— Именно поэтому Алексе удавалось всегда оказываться в нужное время в нужном месте и быть на шаг впереди тебя. И из воды она сухой выходила, потому что за ее спиной всегда стояла Таисия.

— Ересь какая-то. А тот мужик за рулем? Кто он?

— Не было никакого мужика, — разводит руками Стеф, — не-бы-ло.

Я вспоминаю того урода. Никакой, невзрачный, а глаза знакомые, потому что я их видел каждый день…

Да нет же… нет…

— Я тебе больше скажу, не знаю откуда твоя жена узнала про то место, — он снова тыкает в планшете, — скорее всего ты сам разболтал за годы брака, не придав этому значения. Но…Смотри сам. Мы нашли запись с камер одного из частных домов.

На экране четко видно, как бежевая шестерка катит в сторону промзоны. Днем. Еще до того, как Седьмов поймал Алексу.

— Она возила туда подругу до тебя.

— Херня какая-то, — я отказываюсь принимать его слова.

— Я проверил ту стройку. Нашел место, где вы, олухи, держали Красноволосую. Веревка на полу, окурки у стены. Выбор помещения был удачным и очевидным. При чем не только мне

Я туплю. А Стеф сует очередной снимок. На нем то самое место:

— Узнаешь?

— Да.

— И что ты видишь?

— Ничего. Пол. Стены. Кирпичи

— Сюда смотри, — указывает на кусок стены, — что это?

Непонимающе хмурюсь:

— Рисунок какой-то.

— Называй вещи своими именами, Кирсанов. Это указатель."

"— Может быть, я не специалист по наскальной живописи.

— А дальше вот, вот, вот и вот…

Передо мной один за другим появляются снимки и на каждом стрелка. Последняя указывает на узкий лаз, в который я не смог протиснуться, а Алекса смогла.

— Какого…

— Они прошли весь путь. От и до. Оставили пометки, чтобы Алексе было проще убегать.

— Да ну…

Я все еще сопротивляюсь.