Любовница. По осколкам чувств

И в сердце, на пару с почти безграничной любовью к этому мужчине, расцветала ярким цветом сбивающая с ног тревожность, которую я полола, выкорчёвывала и травила, но она снова пускала свои живучие, но смертоносные побеги.

Так случилось и сегодня. Вечером, после ужина, в самом конце рабочей недели, мы все вместе — я, Даня и Мяус — лежим на диване и смотрим, как в темнеющем небе загораются первые звёзды. Кот тихо урчит у Шахова на животе, а я снова пробую заикнуться про ту, что всё ещё стоит между нами, но получаю только скупой ответ, что дело практически в шляпе и осталось подождать совсем немного.

Немного чего? Дней? Месяцев? Лет?

Уточнить это я так и не решилась, пытаясь верить своему любимому на слово и не выносить ему мозги каждый день из-за женщины, с которой он даже не встречается. В который раз приказываю себе отпустить ситуацию и всё-таки перевожу тему.

— Это ужасно несправедливо, — вздыхаю горестно, лохматя пушистую белую головку котёнка, — спасла от голодной смерти это чудо я, а полюбил он тебя.

— А ты? — едва слышным шёпотом спросил Данил, обводя подушечками пальцев мои губы, и мне из лёгких весь воздух вышибло.

Зачем он спрашивает? Разве сам не видит, что я давно и безнадёжно в него вляпалась по самые гланды?

— А я…

— М-м? — пристально сканирует он меня своим фирменным, давящим взглядом исподлобья.

— А я ужасно хочу мороженого, — порывисто встаю с дивана и несусь на кухню, активно разыскивая холодное лакомство в недрах морозилки. Но на успех надеться мне не приходится, потому что руки трясуться, а сердце бьётся где-то в горле.

Почему? Не знаю! Но меня до сих пор отчаянно коробит тот факт, что Данил мне в любви не признаётся, тогда как сам уже не в первый раз пытается насильно из меня вытащить заветные три слова. И я бы сказала их ему, а потом бы твердила каждый божий день, но у меня был пунктик — он должен сделать это первым. И никак иначе.

Чуть успокоившись, всё-таки нахожу ведёрко с мороженым, которое стоит прямо перед глазами и даже не прячется, а потом, прихватывая две ложки, возвращаюсь к Шахову на диван, заводя пустой разговор только для того, чтобы он не смог пытать меня насчёт моих чувств и дальше.

Я рассказываю ему про новую заказчицу и свои волнения на её счёт. Данил же клюёт на этот крючок или просто делает вид, что клюёт, но всё-таки позволяет мне заболтать его.

— Так что завтра у меня вместо субботнего выходного будет рабочий день. Придётся ехать на объект, — развожу я руками.