Любовница. По осколкам чувств

— Не вопрос, — и притопил в сторону Нового Арбата, пока я продолжала крутить в голове мысли о Даниле и том, что между нами случилось вчера в той самой беседке.

Положа руку на сердце, я не знаю, чтобы я делала, если бы нас не прервал звонок неизвестного мне Романа. Но, наверное, как-то бы выкрутилась. Может быть, схватила бы со стола ту самую бутылку с нетронутым сидром и как следует жахнула ею по буйной башке этого похотливого мерзавца. Да, я бы воевала, но не сдалась бы так просто как сделала это сегодня…

Однозначно!

Я тогда вообще от всего отгородилась, решила, что меня не касаются проблемы Данила.

Полезла в сеть и почти сразу же наткнулась на новость, в которой говорилось, что по вине Шахова погибло девять человек и ещё двоих доставили в критическом состоянии в больницу.

Ужас!

Я перечитала всё, что только было можно по этой теме, а спустя примерно полчаса сделала то, что хотела сделать уже давным-давно, но всё никак не позволяла себе — я начала искать на просторах интернета хоть какую-то информацию о жене бывшего любовника.

И нашла на свою голову.

Её звали Айза, и она была красива, как смертный грех. Молодая, подтянутая, с выразительными глазами и пухлыми по моде губами. Ухоженная, утончённая, с пышной гривой иссиня-чёрных волос до поясницы и с таким размером груди, что любая девушка обзавидовалась бы ей. И я в том числе.

Роскошная роскошность — вот так бы я описала жену Данила, если бы меня попросили это сделать.

И я на фоне этой экзотической бабочки, конечно же, выглядела серой и убогой молью, которую хочется либо прихлопнуть, либо и вовсе потравить.

И с такой женщиной он говорит, что планирует развестись? Очень смешно! Прямо обхохочешься!"

"Ни один мужик в здравом уме не бросил бы такую красавицу.

И что уж говорить, Данил и Айза являлись отличной парой и прекрасно смотрелись вместе, хотя я так и не нашла ни одной их совместной фотографии в сети.

А я так — очередная мелкокалиберная девка, что периодически скрашивает досуг мужчины, уж больно разбалованного женским вниманием. Вот и всё!

И такая тогда меня взяла обида, замешанная на иррациональной зависти и ревности, что я готова была застрелиться, только бы не садиться снова в машину к Леониду.