Любовница. По осколкам чувств

Я доступно объяснила? – каждое слово выстрел в его черное, чёрствое сердце.

Но есть ли оно у него вообще?

- Не в настроении, значит? – мастерски прикидывается обиженным ребенком, карикатурно дуя губы, но меня эти кривляния не трогают, а только еще больше раздражают.

- Для тебя навечно!

- Ну всё, я объявляю траур, – откидывается на сидение и смотрит на меня так весело, что мне безудержно хочется разреветься.

- Данил я…

Поднимает властно руку и затыкает меня, огорошивая заявлением.

- Мы почти приехали. Не могу принимать важные и тем более денежные решения на голодный желудок.

Сейчас поедим, а потом уже решим, что, куда финалить и в каком размере переводить.

Замираю перепуганным оленем в свете фар, а затем недоумённо кручу головой, понимая, что машина остановилась у известного на всю столицу пафосного и ужасно дорого ресторана.

- Я никуда с тобой не пойду, – чеканю я, – я хочу рассчитаться и поставить точку, Данил.

- Не ходи. Но тогда следующее удобное время я для тебя найду только на следующей неделе.

А сейчас, как я уже говорил – я голоден, Лера, и не настроен идти тебе на уступки. Итак, твой выбор?

Его непримиримый тон острой бритвой режет меня по едва затянувшимся душевным ранам. Осталось только солью посыпать – и мне крышка. Господи, за что?

- К чему ты чинишь мне препятствия? Во имя чего? – с головой окунаюсь я в отчаяние, но еще пытаюсь держать марку.

- Во имя себя и своих желаний. Еще вопросы? – бьет жестко, меняя насмешливое выражение лица на непримиримую маску.

- Никаких, – стискиваю ледяными пальцами горло и задыхаюсь.

- Тогда встала и пошла. Мы не в детском саду, чтобы решать важные вопросы на коленке.

Резко вскидываю подбородок выше и стараюсь смотреть на мужчину свысока. Глаза щиплет от предательской соленой влаги, но я гоню ее прочь, обещая себе, что еще поставлю этого ужасного человека на место.

Молча покидаем прогретый салон авто. Молча поднимаемся по высокому крыльцу. Молча раздеваемся и проходим через великолепие заведения. Интерьер ошеломляет.

Стыдливо опускаю глаза вниз, рассматривая свою практичную, непритязательную обувь и плотные колготки.

Вокруг сплошь дамы из высшего общества в вечерних туалетах, драгоценностях и шелках. И я – зачуханская провинциалка из ближайшего Подмосковья, для которой поесть в таком шикарном ресторане и месячной зарплаты не хватит.

Рука Данилы ложится мне на поясницу, но я ускоряю шаг, разрывая это ненужное мне прикосновение. Оно слишком взрывает меня, слишком распаляет и раскручивает.